— Какие именно журналы вы хотите получить, и что намереваетесь в них найти? Мы ведь проверяли по ним периодичность переписки, получателей…
— Я хочу произвести перекрестную проверку. Вы искали подозрительные явления, а я буду искать отсутствие события, и если не найду, стану считать это поводом к разбирательству.
Князь поднялся с места, прошелся по кабинету, заложив руки за спину, и замер, глядя в окно, за которым окончательно посветлело, но я только теперь обратила на это внимание.
— Что не так? — занервничала я, потому что причин для глубокой задумчивости Александра Павловича я не находила.
— Все так. И не так.
Он развернулся ко мне.
— Ирина Константиновна, мне все сильнее хочется задать вам вопрос, на который, я чувствую, вы отвечать не захотите. Тем сильнее стимул выиграть пари.
— Допустим, вы узнаете, какую-то мою тайну, что вы будете делать с этим? Что бы то ни было, оно никак не может играть даже несущественную роль в жизни вашей или судьбе империи.
— Позвольте мне самому решать, Ирина Константиновна, что для меня существенно, а что нет. Так какие журналы вам необходимы?
— Жаль, нет возможности получить документы Санкт-Петербургского главпочтамта, будем работать с тем, что есть. Мне нужна регистрация отправленных писем, посылок, переводов. Регистрация получения оных. Регистрация утерь, повреждений, и, самое главное, возвратов. Отметки о получении возвращенного… Кто, когда, что происходит с возвращенными отправлениями, если ими никто не заинтересовался…
— Я понял. Копии подобных журналов, разумеется, есть. Боюсь, однако, что там будут далеко не все сведения, которые вас интересуют. Впрочем, все, что есть, вы получите завтра. И еще… — князь сделал паузу, заставившую меня внутренне напрячься, — я дам вам еще документы, но с ними работать вы сможете только в моем присутствии.
Это будет непросто. Если Белозерский будет пристально следить за каждым моим жестом, я, пожалуй, напроверяю…
— К сожалению, в нынешнем своем облике я не смогу открыто приходить на почтамт и, тем более, составлять вам компанию в кабинете. Здесь тоже не хотелось бы мозолить глаза служащим излишними задержками.
И снова пауза.
Я, наконец, сообразила, на что намекает князь.
— Вы хотите, чтобы я приходила в гостиницу? — мне эта идея не понравилась.
— Из номеров я съеду уже сегодня. Более нет надобности терпеть неудобства. Я расположусь в доме моей тетки. Том самом, что нужно продать. У дома есть два подъездных пути, один из которых не на виду. Рискнете, Ирина Константиновна? Даю слово, что пока мы расследуем, вашей чести от меня угроз не будет