— Вы, подобно Ван Мин Тао, поражаете меня нестандартностью и глубиной своих идей, — искренне восхищается собеседник.
— Поэтому мы с Ван Мин Тао и планируем сотрудничать — как генераторы идей мы действительно неплохо дополняем друг друга. На вашем месте я бы параллельно начал процедуру вступления в наследство через официальные каналы — всё равно по закону необходимо ждать полгода, пока все потенциальные наследники заявят о своих правах. Такова установленная юридическая процедура.
— Разумно. Лучше поработать сразу по двум возможным сценариям развития событий.
— Параллельно активно занимайтесь возвращением одиннадцати миллионов долларов. Необходимо выйти напрямую на конкретных преступников, и с вашими административными ресурсами это вполне реализуемая задача. Деньги в современном мире есть у многих, а вот у кого ещё имеется в распоряжении двухмиллионная армия Китая? Больше практически ни у кого в мире. С этих геополитических позиций я бы и выстраивал весь переговорный процесс.
Лицо чиновника приобретает откровенно озадаченное выражение. Он не ожидал, что сидящий перед ним молодой человек окажется настолько хорошо осведомлённым в вопросах международной дипломатии.
— Тем более ни для кого не является секретом тот факт, что в Соединённых Штатах жёсткое антикоррупционное законодательство категорически запрещает американским компаниям и чиновникам давать взятки тем же перуанским или африканским должностным лицам и прокурорам, — продолжает консультант. — А в нашей стране ситуация кардинально противоположная — третий секретарь китайского посольства в Корее лично доставляла благодарственные конверты влиятельным местным фигурам.
— Откуда вы всё знаете?
— Я получаю образование в одном из ведущих университетов Азии, на факультете политологии. Тема международной киберпреступности и методов борьбы с ней изучается на четвёртом курсе, мне пока академически рановато до этого материала, но я много читаю дополнительной литературы и активно участвую в совместных университетских чатах, где старшекурсники делятся информацией.
— Вот так открыто?
— А почему бы и нет? — пожимает плечами студент. — Да, тематика предназначена для служебного пользования, но среди участников чата нет случайных людей — ни обычных студентов, ни иностранцев, ни дураков. В закрытой группе есть выпускники, которые уже работают в профильных государственных структурах, включая преподавателей спецкурсов. Они регулярно делятся экспертными мнениями и рассуждают о различных стратегиях. Именно для подобного обмена опытом университетский чат и существует.