— Динамический графовый движок… переработка модулей тензорных операций…
И дальше — вычислительные мощности, структура ядра, оптимизационный движок, планировщик параллельности, графовый компилятор… Всё слушал внимательно, чувствуя их нервозную надежду, как пульс в комнате, и кивал:
— Понял.
— Понял…? — переспросили некоторые из них, будто ожидая шутки.
— Совсем скоро услышите хорошие новости.
Они всё ещё сомневались — сомнение тонкой складкой лежало между бровями — но сам лишь снова улыбнулся и вышел в коридор. Там пахло краской стен и теплом от серверных стоек, и шаги эхом отталкивались от пола.
«Семена посеяны…» — пронеслось у меня в голове.
Они и есть семена — маленькие, упрямые, живые. И только что погрузил их в почву времени. Конечно, однажды они и сами прорастут. Но у меня нет роскоши ждать. Тем боле, если хочу, чтобы ростки пробились быстрее — их нужно поливать без остановки. И в этот раз вода — это капитал. Много капитала.
Потому должен направить деньги туда, где они назвали узкие места. Там, где течёт капитал, земля сама расступается — появляются дороги, вырастают мосты.
Своих средств мне, разумеется, не хватит. Но это не важно. Когда закончится собственный резерв — возьму чужой.
«Что ж… пожалуй, пора переходить к третьей фазе», — подумал про себя, чувствуя, как внутри становится по-военному спокойно.
Похоже, пришло время перевести эту войну на новый уровень.
Под утро, когда холодный воздух офиса пах легкой горечью кофе и свежем маслом смазанными лифтами, ясно ощущал: впереди — большая война искусственного интеллекта. Не абстрактная, не в мыслях, а та, в которой гул серверов звучит как военный марш, а провода от горячих стоек слегка покалывают пальцы, если провести по ним рукой. В моей голове она складывалась из пяти этапов, и каждый — со своим звуком, запахом, ритмом.
Сначала — выбор стороны. Без четкой границы между своими и чужими мир расползается во влажный туман, и вместо борьбы остаётся вязкая неразбериха. Люди шепотом обсуждали, кто к кому тяготеет, и в этом шепоте слышалось напряжение, словно перед грозой: клавиатуры постукивали быстрее обычного, мониторы отражали настороженные лица. Венчались эти разговоры коротким, тяжелым вздохом — решением, от которого пахло железом и страхом.
Потом наступало столкновение. Как будто два массивных поезда — Stark и Gooble — мчались навстречу друг другу по узкой линии, и воздух вибрировал от их скорости. Серверные комнаты гудели низко и густо, вентиляторы выдували горячий воздух с запахом пыли и пластика, а в коридорах люди говорили вполголоса, чувствуя, как между огромными корпорациями нарастает напряжение. Мир уже был поделен, линии проведены, и никто не мог сделать вид, что это просто игра.