— Ты не из них! Почему живешь в Иудее? Ты римский гражданин?
— Нет, сенатор! Я живу далеко — в тех землях, куда еще не добрались римляне. В Иудею приехал за другом — семья его попросила найти. Друг отправился искать истину и пропал.
— Искать истину в Иудее?
— Да, сенатор!
— Не перестаю удивляться! — развел руками отец. — Только что мне сказали, что в Иудее зреет заговор, теперь ты утверждаешь, что там можно отыскать истину. В нищей провинции?
— Случается. Тебе немало лет, сенатор. Разве слышишь впервые о подобном?
Отец снова задумался. А когда вновь посмотрел на раба, губы его улыбались.
— Ты утверждаешь, что тебя захватили вероломно?
— Трое легионеров.
— Ты не смог дать отпор?
— Я был не вооружен.
— А если б был?
— Тремя солдатами у Рима стало бы меньше… Мне неожиданно приставили меч к горлу, связали руки и отвели порт, где продали этой гниде, — раб кивнул на торговца. — За сто сестерциев.
— Не слушай его, господин! — торговец поднял плеть.
Отец вновь остановил его.
— Ты можешь поручиться, что купил раба по закону? — строго спросил он торговца.
— Да, — тихо ответил он, помявшись. — Это мятежник. Он сражался против римских солдат.
— То есть, его захватили в бою. После чего квестор или префект претория вывел его на торги, где и продал тому, кто заплатил больше?
Торговец молчал.
— У тебя должна быть купчая. Я хочу взглянуть на нее!
Торговец стоял, опустив глаза.
— Нет у него купчей! — усмехнулся раб. — Потому и купил дешево. Солдаты просили двести сестерциев, но он потребовал документ, и те согласились на сто.
— Как ты можешь верить рабу, сенатор! — завопил торговец. — Я, римский гражданин…
— Документ! — потребовал отец, протягивая руку.
— Я отдам его дешево, — зашептал торговец, — вижу, ты заинтересовался… Всего пятьсот сестерциев!
— Незаконное обращение в рабство свободного человека — преступление! — строго сказал отец. — Не желаю быть твоим соучастником! Освободи его!
— Я заплатил серебром! — заныл продавец. — Кормил и одевал его. Кто возместит мне расходы?
— Адвокат обойдется тебе дороже.
— Всего триста сестерциев! — не сдался продавец. — Ты не покупаешь раба, а платишь мне за заботу о пленнике. Это законно!
По всему было видно, что продавец не отстанет, и отец нехотя достал кошелек. Получив серебро, продавец позвал кузнеца и тот ловко сбил цепи с рук бывшего раба. Тот поклонился отцу, затем помял сильными пальцами натертые браслетами кисти.
— Благодарю тебя, сенатор! Теперь я свободен?
— Да!
— И волен делать, что хочу?
Отец кивнул. Раб вдруг схватил торговца за горло. Тот захрипел, Незнакомец вырвал плетку из рук толстяка и стал стегать его по жирной спине. Тот задушено вопил, вырываясь, и отец схватил бывшего раба за руку.