— Это реквизиты на оплату пошлины и штрафа. С квитанцией приходите через десять дней за новым паспортом, — сообщила мне работница отдела в самом конце. — До свидания.
— До свидания.
Не успел я попрощаться со староверами, которые довезли меня до окраины, где меня дожидалась лошадь с собаками, как зазвонил телефон.
«Пурпурный. Что ему нужно?», — подумал я, нажимая на кнопку. — Слушаю.
— Как успехи, Олег? — поинтересовался тот после приветствия.
— Отличные. Со староверами всё решили. Чистые документы я получу на днях.
— Очень хорошо. Искренне рад за тебя. А как там человечек поживает, в чьей голове хранится важная информация?
— Живой, почти здоровый и очень грустный. Хочешь его уже забрать?
— Очень хочу.
— Тогда завтра встретимся в семь утра в лесопосадке за сгоревшим старым магазином, где выезд из города в сторону Михайловки.
— Отлично, буду ждать. До завтра, — произнёс Пурпурный, выслушал моё ответное прощание и отключился.
Из-за звонка пришлось отложить свои дела и сначала ехать к схрону, чтобы снять свои магические сторожки, а затем в город с Рохлиным. Однорукого подручного Василя Пурпурный забрал лично. А так как «басовец» прикатил на двух огромных джипах, то полагаю, сразу же отправится в лес к тайникам за артефактами.
Спустя полторы недели я получил свой паспорт. Можно сказать, что первый в жизни. Ведья́родился всего несколько месяцев назад в этом мире.
Что ж, первый уверенный и большой шаг на пути к цели я сделал. С документами и удостоверением личности я могу претендовать на чин одарённого, получить корочку с рангом и идти дальше. Могу официально выкупить землю в лесу, где построил себе дом.
Я всё ещё чувствовал себя свободным и спокойным только в глухой чаще подальше от людей, а не в городе. Но без документов, без признания, пусть даже со связями был слишком уязвим для ударов государственной и родо-клановой системы. И чем сильнее становился, тем больше возрастала опасность попасть под каток. Вот такая противоречивая штука. Никто не захочет видеть неизвестного одарённого высокого ранга, возникшего на пустом месте. Или ступай под чью-то руку или умри. Выбор в мире хищников не блещет разнообразием. Мои новые документы худо-бедно становились щитом. По сути оставаясь свободным, я становился частью империи, почти что членом правящего клана, тронуть которого просто так прочие клановые не могли. При этом самой государственной системе до меня не было никакого дела, пока не залечу по-крупному. Вот такой вот перформанс.
А дальше в моём плане есть место по созданию собственного рода. Это вершина, которой я хочу достичь. Родовой герб защитит меня от произвола самой же госсистемы, под чьим дамокловым мечом я хожу в данный момент.