Погода стояла жаркая и солнечная — Иньдуан это еще по прилету в Новосибирск ощутил. Читать в новостях это одно — но почувствовать на собственной шкуре — совсем другое… Он как будто в другую страну попал! Плюс двадцать пять совсем не прибавляли оптимизма, как и «энергетическая акклиматизация» разницей в пятьдесят с чем-то градусов.
«Вот это февраль, вот это зима, я…уею», — периодически в шутку роптал Иньдуан; даже быстрый полет его не особо спасал от удушающей жары — приходилось тратить дополнительную энергию на охлаждение организма. «До чего ж новоявленная природа любила прикалываться с объективной и субъективно воспринимаемой температурой!..»
Вскоре Иньдуан понял, что мета-камень ведет его не совсем в сторону «алтайской зоны», а больше двухсот километров южнее — почти на границу с Казахстаном, в сторону Катунского хребта и горы Белуха.
Природной энергии в этих местах было немногим больше, чем в районах вокруг Тверской зоны и не сравнимо с высокоэнергетической областью в самой аномалии. Однако, чем ближе он приближался к цели, тем больше возрастал энергетический фон, а также, что показалось ему необычным, давление самой природной энергией, которая негативно воздействовала на духовную систему организма. Тело испытывало очень странные ощущения, которые, как уже было сказано, усугублялись климатом, что не особо приходился ему по душе.
Иньдуан принял решение приземлиться и исследовать дальнейший путь по суше. По сути, эту территорию можно было назвать мини-зоной, которая не была «широко» известна даже семьям уровня Вахрамеевых — возможно здесь играло роль расстояние, а также то, что местные жители не спешили делиться находкой.
Иньдуан все чаще стал встречать практиков, которые напоминали скорее охотников-собирателей, нежели «городских обывателей», подобных самому Иньдуану. Уровни в среднем были повыше чем в Тверской зоне.
Одного из «лесников» Иньдуан подловил на сборе ягоды, похожей на малину, которая содержала духовную энергию. Нейтрально поприветствовав мужчину средних лет, который был одет в какой-то национальный костюм и находился в районе шестой стадии Ци, Иньдуан попробовал завести с ним разговор и расспросить об этом месте.
…Но потерпел неожиданную неудачу — тот будто его не слышал, или не понимал, или делал вид, что не понимал, продолжая неторопливо собирать ягоду. Лицо мужчины с яркими алтайскими, то бишь азиатскими чертами настолько добродушно его игнорировало, что Иньдуан никак не мог заставить себя на него злиться.
— А если так, — весело попытался привлечь его внимание Иньдуан и достал «пятихарик».