Первая книга из пяти.
Бояръ-аниме, попаданец, научная фантастика.
На веранде в японском стиле у низкого стола сидел ребенок семи лет. У него были приятные азиатские черты лица, также был он немного полноват, но это его совершенно не портило. Мальчик упорно пытался что-то записать в свою тетрадку, но у него это очень плохо получалось, его пальчики слишком уж неуверенно сжимали ручку, которая все норовила выскользнуть и была явно большевата для него. Но он не сдавался и иногда поднимал глаза к потолку, что-то вспоминая. Затем снова начинал старательно выводить ручкой корявенькие буквы, которые раз за разом складывались в слова и предложения.
Писал он долго и упорно, не в тетрадке, а, как гласила её обложка, в дневнике, свои воспоминания. На детских пальцах были видны мозоли, свидетельствующие о том, что такой труд он исполняет не впервые, но так и не приобрел сноровку в этом нелегком деле. Но что же может вспоминать ребенок? А вспомнить ему было что, достаточно прочитать пару записей из дневника.
— Здравствуй, незнакомец. Не знаю, как ты нашел мой дневник и смог расшифровать его. Возможно, о чудо, ты знаешь русский, который неизвестен в этом мире, возможно, что я кого-то обучу ему, в чем я все же сомневаюсь, так как могу очень скоро окончить жизненный путь и в этом мире, но перейдем к нашему знакомству.
Меня зовут Дэйчи и мне сейчас семь лет, если быть точнее семь лет и два месяца, но если уж быть совершенно точным в подсчетах, то мне тридцать семь. Не надо удивляться и говорить, что у меня разыгралась детская фантазия, поверь на слово, это не так.
Дело в том, что когда я умер мне было тридцать, и я тогда подбил танк, вот так-то. Взял тубус, вышел на линию огня и подбил, но и моджахеды дураками не были, и, поняв, откуда прилетел реактивный снаряд накрыли меня плотным огнём, и всё, вот так и закончилась песня моей жизни. Не было у меня тогда особо выбора, я знал на что иду. Или я пожертвую собой или танк выйдет на позицию и погибнут сотни ни в чем не повинных людей.
Ну а после была пустота, что дала мне время успокоиться, смириться со смертью и даже немного заскучать в ожидании перерождения. Я почему-то был уверен что оно будет, и вот наконец-то сознание начало затухать и меня ждала новая жизнь. Возможно она будет более счастливой чем прошлая, я очень на это надеялся, так как прошлая жизнь была не особо радостной.
Как же я заблуждался. Голова болела, а первое что я увидел, открыв глаза, оказалось жирной, волосатой задницей. Хозяин задницы стоял на коленях со спущенными штанами и возился с ремнём джинсов лежавшей на земле девушки, на голове которой виднелась большая шишка.