Опершись локтями о поясницу носильщика, поддерживая свою голову в более-менее в вертикальном положении, я с изумлением рассматривала низенькие каменные строения, уличные печи, возле которых не менее ошеломлённые женщины что-то помешивали. И на детей, провожающих наше шествие с открытым от удивления ртом. Мысленно обращаясь к неведомым силам, что Ивар, тот, что потомок морской девы, будет адекватным человеком и меня наконец отпустят.
— Шелки! — одновременно удивлённо и радостно прогремел чей-то голос, и мы снова остановились, — Терло зачем она тебе?
— Женой сделаю! Шелки в доме — сильная семья, — торжественно объявил носильщик.
— Моей женой станет, — тут же заявил Бирн, — шкура у меня, куда отнесу, туда шелки и придёт.
— Не приду, — буркнула, попыталась сползти, но сильные руки держали меня крепко и сбежать не вышло.
— Такая жена воину подходит, а вы кто? — рассмеялся мужчина, — отдай шкуру по-хорошему и шелки тоже.
— Мы её поймали, — не слишком уверенно проговорил Терло, отступая на шаг, — наша она.
— И как делить будете? — с усмешкой спросил мужчина, — отдай мне, у Бирна жена есть, а Доннэг, который ты обещал обряд, силки твои сломает, а может, и ещё чего удумает.
— Нет, Атол, — упрямо проговорил Терло, сделав шаг, вдруг охнул, стал оседать на землю. Следом раздалась ругань, хлюпающий звук и удовлетворённое хмыканье, но рассмотреть, что произошло, я не успела, упав на землю следом за носильщиком.
— Да что б вас всех! — выругалась, поднимаясь на ноги, ощутив, как меня повело в сторону из-за головокружения. Но моё тело вновь с неожиданной лёгкостью взлетело над землёй и передо мной появилось улыбающееся лицо ещё одного индивида.
— Шелки, — оскалилась морда, довольно страшная, с перекошенным ртом и рваным шрамом на щеке, — так удобней?
— Угу, — согласно кивнула, лежать на огромных руках, гораздо удобней, чем свисать вниз головой, но всё же лучше сама ножками, о чём я и сказала, — а можно я сама?
— Нет, шелки на руках в дом вносят, — покачал головой, по-видимому, Атол, — угощают мясом, элем…
— И всё же я настаиваю, — нахмурилась, поёрзав, но две огромных клешни стали будто каменные, — я никуда не уйду и вообще, может, вы мне объясните где я?
— В Брекар бурге. Мой дом у рыночной площади, — ответил мужчина, продолжая нести меня на руках, — дом у меня большой, тёплый. Земля есть, овцы, коровы…
— Замечательно, а Брекар бург где? — прервала мужчину, решив, как можно больше разведать, раз мой крик о помощи никого не впечатлил. А открывшийся вид — удручал. Я будто провалилась в прошлое, такое далёкое-далёкое, что меня охватило отчаяние.