И вот дверь открывается, и сразу три очаровательные заспанные мордашки появляются в проеме. Блондинка, шатенка и темненькая. — Очаровашки. — Думаю я, а они окружают и подкрадываются пританцовывая.
Я открываю глаза и улыбаюсь, Свету, Миру, Любви и моим Оле, Лене и Наташе.
— Привет, любимые. Чего не спите, ни ужели не устали?—
Олька первая прыгает на колени, довольно тянется и за поцелуем тоже, почти мяукает и отвечает:
— Ты меня бросил, соблазнил, не помню сколько раз и злостно бросил под утро. А мне холодно и согреть некому.—
Я смеюсь, обнимаю ее и целую, отвечая:
— Милая, Оленька. Я просто не хотел мешать столь сладкому сну, такой очаровашки.—
Она улыбается в ответ и говорит:
— Ладно, прощен.—
Потом показывает язык подругам и заявляет:
— Я опять первая и вообще господин назначил меня любимой женой. — И убегает со смехом.
Во избежание ненужных конфликтов, я сперва сажаю обеих оставшихся прелестниц на колени, целую и заявляю:
— У меня все вы любимые и по степеням не различаетесь—
А они на это довольно урчат и Наташка заявляет:
— Ладно, прощен три раза и будешь должен. Я умываться. — Еще поцелуя и умчалась, снова пританцовывая.
— Понятно, кто инициатор танцев. — Думаю я и еще:— Странная логика, прощен, но будешь должен. Но я кажется понимаю о чем она и совсем не против, готов и больше задолжать.—
А Ленка уже практически разлеглась на мне, щекочет своим волосами мне лицо, прижимается и довольно говорит:
— А все равно самая умная и продуманная. Пока они умываются, я могу поваляться на такой шикарной подушке. —
И тут же показывает, что она имеет в виду, потом спохватывается и добавляет:
— Я кстати тоже прощаю три раза, или четыре. Не помню, забывчивая стала. Надо напомнить, закрепить так сказать. Так что тоже будешь должен.—
Снова целуется и все-таки убегает умываться, а я улыбаюсь ей вслед. А потом снова улыбаюсь, уже в ответ вернувшейся Ольке.
— Что убежали эти вертихвостки? — Смеется она, поудобнее устраиваясь у меня на коленях, а потом добавляет — Не помнят они, понимаешь? Зато я помню, громкие они, да и я не лучше. Так что не буду отставать от коллектива, тем более говорят в большой семье нельзя щелкать клювом. И так что ты тоже прощен, традиционно, три раза. И будешь должен, но тут я гуманна, сколько сам захочешь, столько и будешь…должен.—
И снова смеется, добавляя в пол голоса:
— Хитрая все-таки я, знаю же, что ты жадный, до любви конечно и не остановишься. Вот видишь как сформулировала. Видно гены играют, те самые, богоизбранные.—
А я обнимаю ее, целую, прохожусь руками по всему интересному. Привычно отмечаю полное отсутствие каких либо препятствий исследования под легким халатиком и отвечаю: