Внезапная помощь питомицы пришлась очень кстати, и уже через несколько минут я достиг нужного окна и осторожно в него заглянул.
И тут же инстинктивно спрятал голову, чудом не навернувшись вниз.
— Чё там? — спросила Пыш, являющаяся тем самым чудом.
Отвечать не пришлось — подошедший к окну охранник запер его и с чувством выполненного долга снова ушёл. Гад такой.
— Всё ясно, — пискнула Пыш, — сможешь без меня пару минут провисеть? Я там видела внизу форточку открытую.
— Секунду. — Я схватился за подоконник и упёрся ногами в неровности стены. — Давай.
Пыш не ответила и, видимо, рванула с места, едва я поднял ногу.
Как оказалось, схватился я не очень удачно, и мышцы рук стали ныть уже через минуту, а ещё через две я начал подумывать о том, что бы такого сколдовать, чтобы не поломать ноги, когда упаду. По счастью, ещё через двадцать секунд окно приветливо распахнулись.
— Прости, там дверь была закрыта, пришлось другую форточку искать.
Я быстро шмыгнул в окно и запер его за собой.
— Ничего страшного! — Я погладил запрыгнувшую на плечо Пыш. — Спасибо.
Помещение действительно оказалось курилкой. Очень богатой курилкой. С чёрным ворсистым ковром на лакированном полу, разлапистыми люстрами под высоким потолком, столами из тёмного дерева и кожаными креслами.
— Найди его, — попросил я Пыш, и питомица стрелой метнулась к открытой двери.
Но тут же вернулась.
— Сюда идут! — сообщила она. — Мужик какой-то серьёзный и двое охранников.
Чёрт!
Я быстро огляделся и увидел под окном мокрые следы от моих сапог. Благо мы подобное предусмотрели, и под курткой у меня была большая и сухая тряпка. Я быстро вытер воду и как раз закончил, когда в проёме показалась тройка людей.
Телохранители остались снаружи, а гладковыбритый мужчина лет пятидесяти в очках и тёмно-синем костюме зашёл внутрь и направился прямо к тому столу, рядом с которым я стоял.
Более того, этому неприятному господину почему-то захотелось посидеть именно в ближнем ко мне кресле.
Я едва успел отойти, как он приоткрыл окно, положил на стол кожанный портфель, и уселся буквально в метре от меня.
Хорошо хоть дверь не закрыл!
Я уже направился было к выходу, но тут визитёр засунул руку во внутренний карман и достал из него аккуратно сложенный листок бумаги.
Любопытство не порок: я замер на полушаге. И не прогадал! Оказалось, что это список из восьми имён. И вторым в нём значился Павел Фёдорович Прокофьев, более известный мне как граф Б.
Мужчина прочитал список, убрал его в карман, после чего вытащил трубку и принялся долго и с удовольствием набивать её. Подавив в себе желание напомнить ему, что курение убивает, я продолжил терпеливо ждать.