— Наглый, самоуверенный сопляк! Да, что ты можешь? Мне больше трех тысяч лет и уверяю тебя, что убить меня не так-то просто! Это тебе не столетнего ребенка на куски разорвать! — выплюнул он с ненавистью.
— Ну-у, могу-то я, дохрена всего! Вот, никак не могу понять, что ты так взбеленился из-за сына? В конце концов, дочь ты убил без сожалений! — выгнул я вопросительно бровь.
— Она послужила своей родине! Иногда надо действовать на благо своего государства! — ответил дед на полном серьезе. А-а, так у него за три тысячи лет, крыша съехала! А я, идиот, тут логику ищу!
— Тогда можешь считать, что смерть Тода, тоже послужила на благо твоего государства! Поверь, оно только выиграло от того, что в его главе не встанет такое чудовище!
— А чем, ты, лучше? Легенды о твоей жестокости ходят по всему миру! Да я, после тебя, даже сына похоронить не смог! Нечего было! — тут я довольно улыбнулся, все-таки я молодец!
— Я не режу, живых людей на куски! Даже его, сначала убил, и только потом разорвал! — «успокоил» дедулю. Ему, почему-то, это не понравилось.
— Сдохни тварь! — выкрикнул он посылая в меня молнию, не долетев, она развернулась и ударила в основание трона, прямо между пяток короля. От чего тот подпрыгнув, отскочил в сторону, удивленно глядя, как отделанное золотом кресло оседает на пол кучей пепла. Когда он развернулся ко мне, в его глазах отчетливо сквозил страх. Наконец-то оценил масштаб нависшей над ним угрозы! — Хорошо, давай устроим честный бой в боевой ипостаси!
— И зачем мне это? Так проще, меньше возни!
— Так и скажи — боишься, что не справишься!
— Ты, серьезно? Решил взять меня на слабо? Я, что, по-твоему, мальчишка, желающий помериться мужским достоинством! Открою тебе секрет, оно и так у меня больше нормы! — закончив фразу, выкинул вперед руку посылая в него струю замораживающего холода, превращая дракона в кусок льда, оставив голову нетронутой. Подойдя, я пристально вглядывался в его глаза, впитывая ужас, что в них плескался. — Скажи, когда ты отрубал голову моей матери, которую она сама положила под твой меч, за обещание, что ты не тронешь ее ребенка, ты мог представить, что этот самый ребенок, когда-нибудь сделает с тобой то же самое? — я ласково убрал выбившуюся прядь огненных волос за ухо, и развернувшись пошел к стене на которой висел его двуручный меч. Прихватив его вернулся, встав напротив, поставив оружие острием на пол и оперся обеими ладонями о рукоять, всем своим видом показывая, что жду ответа.
— Не-ет! — прозвучал дрожащий голос.
— Зря!!! — вынес вердикт замахиваясь. Смотря на катящуюся голову, испытал удовлетворение, как бы я не хорохорился, на самом деле всегда чувствовал свою вину перед матерью, за то, что из-за меня она рассталась с жизнью. Но теперь, мамочка, ты отомщена!