Да, много чего могло бы быть.
Еще через километр мы уперлись в небольшую поляну, где стоял черный «Тигуан» с заляпанными грязью номерами. Я остановил машину — и так было понятно, что мы приехали. Рядом с ним стоял третий мужик, высокий, широкоплечий и бритый налысо. Он опирался на штыковую лопату.
— Выходи, — сказал первый.
Я вышел, девчонок выволокли наружу. Бритый посмотрел на меня, после чего сплюнул в траву и сказал:
— Не надо было связываться с Жирным, гражданин начальник. Тебя предупреждали — ты не послушал.
Жирный, а точнее Барсуков Вадим Иванович. Его делом я занимался последние три месяца. И нарыл много чего: рэкет, отмывание денег, несколько эпизодов с тяжкими телесными, а еще кое-что по труду нелегальных мигрантов.
Не хватало совсем немного — добраться до сути, чтобы все это привело меня наконец к самому Жирному.
И где же, спрашивается, я спалился? Вроде бы работал аккуратно. Или кто-то из своих меня сдал?
Бритый протянул мне лопату:
— Копай, — сказал. — Не будешь выеживаться, твоих мы отпустим. Жену и дочку никто не тронет. Слово.
Конечно. Как будто я хоть на секунду мог поверить слову такого как он. Оно не имеет цены, и вовсе не в том смысле, что бесценно. Но лопату я взял. Во-первых, пока я буду копать, у меня будет время подумать.
А во-вторых…
Я начал копать. Земля оказалось достаточно мягкой и податливой, еще не успела высохнуть, как в городе на газонах. Работал размеренно: вгонял лопату, поднимал, отбрасывал, причем не торопился. Но меня и не торопили.
Бритый стоял в двух метрах, второй чуть левее. Последний остался у машины вместе с Ленкой и Дашкой.
Второй отвлекся на секунду, полез за сигаретами, и я понял, что это мой шанс. Зачерпнул полный штык рыхлой земли и швырнул бритому в лицо. И, естественно, запорошил ему глаза.
Он отшатнулся, принялся тереть глаза руками. Второй дернулся, но я уже сделал шаг и ударил его в висок ребром лопаты. Он свалился на землю, как подкошенный.
Бритый еще тер глаза, когда я развернулся и двинул его в кадык. Схватившись за горло, он завалился на колени, а потом осел, не в силах вдохнуть.
— Бегите! — заорал я Ленке. — В лес, бегом!
Ленка рванула Дашку, и они побежали в березняк. Последний из бандитов уже поднял ствол.
Я бросился к нему с лопатой, и он выстрелил. Негромко получилось, так, хлопок.
Пуля ударила меня в грудь справа: сильно, будто пнули ногой. Но я не остановился.
Вторая пуля ударила ниже, в живот.
Ноги подломились, но я по инерции добежал до бандита и что есть сил обрушил лопату ему на голову. Он выстрелил в третий раз, но уже куда-то мимо. Я ударил его еще раз, потом еще, и он перестал двигаться.