«Обычно если не указано время исполнения обещания, даётся неделя. До Минагана как раз неделя пути на лошади, но на камнешаре можно успеть и за 3–4 дня» , — рассуждал он.
Да, под токсином тяжело было выдумать такую форму обещания, которую можно было не исполнять напрямую, типа: «Хорошо, Райс, если выживу, то обязательно помогу тебе!» , а как известно, помощь бывает разная… Нужная или не нужная, принести стакан воды — это помощь, избавить тело Райса от Зэра — тоже вполне себе помощь…
Но сколько маг ни думал, нормальных для себя путей решения новой проблемы он не видел. Либо ломать залы Стенаний, либо забывать своё обещание и получать наказание в виде второго легендарного зверя, который придёт в любом случае…
«Так зачем тратить на пролом залов стенаний ценную коллекцию артефактов, если можно взять их все и продолжать успешно бегать от зверей, благо легендарных сфер не так и много? Хорошо, если наберется четыре на весь Тёмный мир. А значит, после выхода зверя будет неплохая фора, а с артефактами телепортации можно снова сбить его со следа и продолжить культивацию…» — окончательно решил для себя Яз.
Печать обещания сферами — это не просто печать, а своего рода свидетель клятвы, который отмечает все её нюансы. Яз вспомнил, как говорил Райсу, что сначала он доберется до своих артефактов, а уже потом осуществит обещанное…
Правда, его кабинет в центральной башне королевского дворца, скорее всего, сейчас взят под охрану. Но если в Светлом мире раскрыли его махинации с артефактами и знают, что он допустил развитие некросферы, значит, король Джастиро как первейший прихвостень светломирцев сейчас сломя голову летит сюда локализовать проблему. А с ним вместе — и лучшие его солдаты, и лучшие маги, а возможно, и кто-то извне.
«Лучшие маги… — хмыкнул Яз. — В этом мире есть один лучший маг, который сейчас колесит по ночному городу полуголый в поисках магазина с тряпьем».
Лозингар словно вымер. Не было ни людей ни, что странно, зомби, будто все вдруг взяли и провалились под землю.
На секунду шар остановился у лавки, где, судя по отраженным волновым вибрациям, стояли деревянные манекены с уцелевшими на них одеждами, и начал медленно вкатываться внутрь, разрушая порог и обрушивая на себя осколки и без того разбитого стекла.
Остановившись в центре помещения, магический кокон словно прислушался, не крадётся ли кусака, не спешит ли к нему заразный бегун, не хлопает ли перепонками монокрыла лич… Все было тихо, и маг, выдохнув, собрал волю в кулак и раскрыл сферу.