В наступившей тишине раздался отчётливый всхлип Рейны, с ужасом рассматривавшей свои пожелтевшие руки
— Лучше бы ты дал мне умереть…
Тайрелл же первым делом отыскал глазами меня. Я с облегчением улыбнулась ему. Я уже чувствовала, что камень признал истинным владельцем его. А точнее, нас двоих.
— Тебя ждёт суд рода, — проронил он, обращаясь к Рейне. — Для некоторых преступлений смерть — слишком лёгкое наказание.
Та, пошатываясь, встала и попыталась открыть портал, но магия не отозвалась на привычный жест, и Рейна в ужасе уставилась на свои ладони.
— Нет! — Её голос сорвался. — Только не это.
Тайрелл, помедлив, засветил для неё сияющий проход.
— Это портал к нашему кузену Лайеллу. По твоей вине умерли оба его родителя, мать и отец. Можешь переместиться к нему и попросить помощи и прощения. Или возвращаться в столицу пешком.
Рейна, всхлипнув, снова посмотрела на свои руки, будто не могла поверить в произошедшее. Затем, заметив, что портал начал сжиматься, бросилась в него и исчезла в сиянии.
Я подбежала к Таю, осматривая рану на руке. Похоже, что Рейна достала кинжал, защищая то, что ей не принадлежит.
— Надо промыть!
— Не надо. Скоро затянется.
Вместо того, чтобы заняться раной, Тай обнял меня, утыкаясь носом в шею, и шумно вдохнул. Затем поднял на руки и зашагал. Я крепко обняла его, растворяясь в ощущении близости.
Тай был рядом, и я могла сколько угодно вдыхать его запах, ощущать его шелковистую кожу под пальцами, чувствовать его прикосновения. При мысли о том, что теперь я могу его ещё и поцеловать, у меня перехватило дыхание.
Я думала, что мы идём в мельницу, но Тай перешёл мостки. Но и к своему домику он тоже не пошёл. Вместо этого перед нами открылся портал, из которого мы шагнули в роскошную спальню, судя по виду из окна, в старом поместье Эйгардов.
— Я готовился, — признался Тайрелл. — Когда пригласил тебя на свидание в старый дом.
— Подлец, — я шутливо стукнула его, утыкаясь носом ему в плечо, чтобы спрятать краснеющие щёки.
— Неправда. Меня просто уже тогда тянуло к тебе.
Он бережно опустил меня, но руки тут же скользнули на талию, как будто Тай не мог оторваться от меня ни на секунду. Губы прикоснулись к моим, сначала нежно, но почти сразу же более напористо. Я растворилась в их обжигающих прикосновениях. Губы Тайрелла, словно высеченные из камня, оказались мягкими, горячими, живыми.
— Хочу знать о тебе всё, — выдохнул Тай, на секунду прервавшись. — Как ты любишь есть сладкое?
— Что?
Мысли в моей голове смешались от дурманящей близости, и я не сразу поняла, о чём он спрашивает.