— Второй, проверь, как там на улице, — сняв со спины рюкзачок, распорядился Рустам, и тот, прихватив с собой одного из измененных, отправился на выход. — Точно ничем не шарахнет?
— Гадом буду, — помотал я головой, дожидаясь, пока пройдет головокружение. Так вроде чувствую себя — тьфу-тьфу-тьфу, — неплохо, холодно только, сил нет. Ладно, придется привыкать.
— Добыл-таки… — уставился на нож у меня в руке Рустам и, присев на корточки, вытащил из рюкзака небольшой металлический термос, сплошь изрисованный колдовскими символами. — Давай его сюда.
— Зачем еще? — и не подумал я подчиниться.
— Эта штука отлично экранирована. — Зубастый свинтил с термоса крышку. Как оказалось, инкрустированные серебром надписи были сделаны вовсе не для красоты — окутывающее термос сияние теперь было прекрасно различимо внутренним взором. — Ни один гимназист не учует.
— Ну учует… Делов-то… — попытался договориться я, надеясь, что конфликта все же удастся избежать. — Корочки предъявим и пошлем на три буквы.
— Не все так просто. — Рустам тоже пока решил не доводить дело до открытого противостояния. — Сейчас в Форте чрезвычайное положение, появление столь мощного артефакта вызовет нездоровый ажиотаж. А ты ведь не хочешь бегать не только от СВБ, но и от Гимназии?
— Не хочу, — пришлось признаться мне. Но с ножом на руках еще поторговаться можно, а отдам — что захотят, то и сделают. А частью работающего портала становиться радости мало. Так сгоришь ни за что ни про что, никто даже спасибо не скажет. Другого-то способа присоединения этого клятого ножа к установке перехода, насколько из беседы с Волковым удалось выяснить, никто не рассматривал даже. — Но ножа не отдам. Ты извини, только от этой железяки слишком многое зависит. За себя уверен, тебя — не настолько хорошо знаю. А Перов, если что, шкуру с меня спустит. Больно уж цена вопроса высока.
— Вот, значит, как, — поднялся с колен Рустам. — Ну как знаешь…
Все еще продолжавшееся сопротивляться магии ножа управляющее заклятие вдруг распрямилось, будто сжатая пружина, и меня моментально разбил паралич. Падая на снег, я услышал, как бухнула снайперская винтовка, но алхимический «Архангел» спас Зубастому жизнь. Его фигура на мгновение выпала из виду, а потом всем стало уже не до него: полыхнувшая факелом фигура одного из измененных рухнула со второго этажа. Да и у остальных потерявших бдительность бойцов «Красного декабря» шансов остаться в живых не было с самого начала: давненько уже тершийся неподалеку от них Ветрицкий вдруг одним стремительным прыжком оказался рядом и выхватил ножи. Двое парней даже не успели заметить стремительных росчерков перемахнувших им горло клинков. Третий вскинул АКСУ, но тщетно — крутнувшийся на месте Ветрицкий отбил дуло автомата в сторону и ударом в грудь прикончил измененного.