Мельком взглянув на разложенные на раскладных прилавках, картонных коробках и сколоченных из досок ящиках залежи всякого барахла — вязаные варежки, носки, кофты, самодельные ножи, арбалетные болты и капканы соседствовали с банками тушенки, кирпичами черного хлеба и прочими товарами когда первой, а когда и не очень, необходимости, — я направился прямиком к центральному входу. Разгруженные сани уже отъехали от высокого крыльца, а на их место влезла серьезно нуждавшаяся в кузовном ремонте «газель».
— Гиоргадзе убили…
Услышанный обрывок фразы заставил замереть на месте и начать присматриваться к выложенной на мятую газету мороженой рыбе. Топтавшиеся у соседней торговой палатки, на реечный каркас которой натянули брезент, торговцы не обратили на меня никакого внимания и тише говорить не стали, но слова удавалось различить через одно.
— Когда?
— Ночью…
— Будешь брать? — без особой надежды сбыть товар поторопил меня бородатый продавец.
— Откуда она?
— С пруда у Нижнего хутора.
— Никогда там окунь не водился, — потянул меня за собой Напалм и, не особо понижая голос, поинтересовался: — Лед, тебе куда она сейчас?
— Да обожди ты, — остановился я у брезентовой палатки, разглядывая выставленные на прилавок консервные банки и пачки с крупой. Судя по ассортименту — болтуны люди достаточно серьезные. Еще, поди, в Торговом союзе состоят, стоит к разговору повнимательней прислушаться…
— Брешут, — уверенно заявил высокий мужик в добротной шубе, пошитой из меха совсем уж непонятной зверюги. — С утра его видели…
— Кто⁈ — скептически хмыкнул рябой парень. — Зинка болтала, на рассвете боевую бригаду Цеха — всю, до последнего человечка, — из дома Жорика вынесли, да на труповозке увезли.
— Ерунда, — отмахнулся высокий и обернулся ко мне: — Что-то интересует?
— Мандарины почем? — вылез вперед Напалм и указал костлявым пальцем на лоток с оранжевыми фруктами.
— С ума сошел? — только и хмыкнул я, но тут мою спину уколол чей-то внимательный взгляд. Резко обернувшись, я нашарил взглядом возвращавшихся к нам от «газели» Веру и Николая и принялся разглядывать торговцев и спешивших спуститься в «Кишку» людей.
Вроде и не приглядывается никто. И знакомых не видать. Так, а вот этот тип точно на глаза раньше попадался! Порывшись в памяти, я с облегчением сплюнул себе под ноги. Вспомнил! Когда только в Форт вернулся, на Южном бульваре музыканты играли. Так это тот самый тощий солист. Точно — вон и остальные гаврики потянулись. Еще и инструменты с собой тащат: барабан, футляры с гитарами, тубы какие-то. Рассчитывают в «Кишке» подзаработать? Так это вряд ли, там и от своих дармоедов не протолкнуться. Чуть ли не на каждом углу сидят. Выгонят в шею, как пить дать — выгонят.