Котова указала на него рукой.
— А это ещё что такое? — спросила она.
— Вещественное доказательство. Не отвлекайся.
Я сделал себе бутерброд. Неторопливо жевал его, пока Лена перечитывала пересказ интернетовской статьи о судьбе Анастасии Бурцевой. Наблюдал за тем, как брови Котовой снова сместились к переносице.
— Настя мне рассказывала об этом Фёдоре, — сказала Лена. — Описала его, как безобидного дурачка. А о том случае на скале говорила, как об обычной ссоре с пьяным приятелем. Чаще вспоминала, как гуляла той ночью с тобой.
Котова фыркнула.
Она отложила на кучу бумаг рассказ о теперь уже несостоявшейся судьбе Анастасии Бурцевой. И тут же потянулась к «документу» с паспортом. Отделила от бумаг паспорт и лотерейные билеты. Но в паспорт не посмотрела — взглянула на мои записи.
— Девятого сентября, — заметила она в тексте дату. — Это когда мы уже поехали в колхоз?
— Это тот случай, ради которого я «сломал руку».
Вкратце рассказал Котовой, как выслеживал лже-бородача.
Лена снова задела взглядом паспорт, но тут же вернула взгляд на «документ» и продолжила чтение.
Я допил кофе, сполоснул в раковине под краном чашки. Заметил, как Лена повернула голову.
— Серёжа, это правда? — спросила Котова. — У тебя есть два выигрышных лотерейных билета? По ним действительно можно получить новые машины?
— По ним можно получить тюремный срок, — сказал я. — Их бывший владелец его обязательно получит. Но только позже.
— Серёжа, а почему ты не отнёс билеты в милицию?
Лена постучала подушечкой пальца по столешнице рядом с паспортом и лотерейными билетами.
— Потому что мне они ещё пригодятся, — ответил я. — Для другого дела. В следующем году.
Я вытер о полотенце руки и добавил:
— К тому же, способ получения этих лотерейных билетов получился не самым законным.
Уточнил:
— В уголовном кодексе он значится, как «грабёж, соединённый с насилием, опасным для жизни и здоровья». Наказывается лишением свободы на срок от трёх до десяти лет. С конфискацией имущества или без таковой.
Лена поправила на груди рубашку. Будто почувствовала на себе взгляды судьи и прокурора.
— Но ведь ты же напал на преступника, — возразила она. — Предотвратил преступление.
— Сути случившегося это не меняет, — ответил я. — Ограбление, оно и в Африке ограбление. Хотя допускаю, что наличие этих билетов и паспорта немного скостит срок присужденного мне тюремного заключения. Но не обнулит его.
Снова уселся напротив Котовой — осторожно: на подоконнике за моей спиной стоял ощетинившийся длинными иглами кактус.
— Так тебя арестуют в мае из-за этих поддельных лотерейных билетов? — спросила Лена.