— Э-ээм, ну, да, требовал, — как-то рассеянно ответил Священник, выруливая с развязки на Калужское шоссе, — а в чём, собственно, вопрос?
— Так, вы же и без этого знали, кто ею овладел. Вам тот демон в часовне всё доложил. Вы сами же и рассказывали. — Пекарев осторожно подбирал слова, чтобы не спугнуть и без того замороченного батюшку. — Кроме того, я тоже его имя знаю. Аарон его зовут — он же представлялся мне.
— А-а-а, вот ты о чём… — протянул священник, поглядывая в зеркало заднего вида. — Да тут, как раз все просто.
— Что простого? Я думал, вы изгоните демона из Дарьи, и дело с концом. А оно вон, как всё вышло… Теперь Дашку похитили. Из-под носа увели, буквально.
— Ну, для начала, Алексей, не смешивай сладкое и зелёное, — назидательно сказал священник. — Тот факт, что твою даму сердца похитили, никак не связан ни с обрядом, ни с его исходом. Её при любом раскладе в заложники бы взяли, как мне кажется. Это же ты, — батюшка ткнул в Пекарева пальцем, — не выполнил своих финансовых обязательств перед братками. Стало быть, это на тебя они таким образом повлиять хотят. А есть в Дарье демон, или же нет его, твоим вымогателям глубоко до фени. Думаю, их мыслей в той степи и не водилось даже.
— Ладно, тут понятно, — согласился со священником Пекарев. — Но имя-то демона вам было известно. Вы и без того могли его изгнать, как мне показалось. Перед тем, как Даша вырубилась, я увидел, — Пекарев пытался подобрать нужное слово и, кажется, нашел его, — увидел некую осмысленность в её глазах. Она почти вернулась к нам, я чувствовал это. Кроме того, в тот момент в палате усилился запах серы и аммиака.
— И что? — пытливо сощурив взгляд, покосился на писателя священник.
— А то, что так пахнут демоны.
— То есть, — уточнил священник, — ты не только видишь демонов, но и ощущаешь их запах?
— И ещё как ощущаю, — кивнул Пекарев, — смердят они так, что хоть топор вешай! В палате и без Аарона было не продохнуть, если честно. Всех этих уродов из юридической конторы личные демоны сопровождали. Да вы и сами их, наверняка видели.
Священник неопределенно поджал губы и промолчал. Пекарев же, ни разу не озаботившийся вопросом, как именно рядовой батюшка мог контактировать с демоническим миром, продолжил говорить:
— А когда из Дашки начал вылезать Аарон, запах только усилился. Вы могли его уничтожить, — он сделал акцент на слове «могли», — но, по какой-то причине, не сделали этого. Вот я и хочу узнать, почему?
— Во-первых, — начал свою отповедь батюшка, — эти, как ты выразился, «уроды» не виноваты в том, что силы тьмы к ним демонов приставили. У каждого из них свой путь и своя борьба. Каждый, как ты знаешь, свой крест несет. Они люди, как ты и я. И поверь, такого к себе отношения не заслуживают. О тебе самом, не так давно, многие могли бы сказать то же самое — урод моральный, каких еще поискать… Ты сам, без году неделя, от собственного демона избавился. Да и то, лишь благодаря дару Анны Филатовой, как я понимаю. — Пекарев был вынужден признать правоту священника, а потому лишь кивнул на эти слова. Священник же закончил мысль. — Ты, Алексей, трезвыми глазками на свою собственную жизнь взгляни, прежде чем судить кого иного. Притчу о бревне в собственном глазу слыхал?