Сажусь на первую парту, и наклоняю голову в бок.
– Так о чём ты хотел поговорить?
– Мы игнорируем друг друга, притворяемся, что друг друга не существует, но мы оба знаем, что это не должно было так закончиться, Ника, – бывший делает шаг вперёд, и я вынужденно вжимаюсь в стол.
– Ты сам так захотел. Ты бросил меня.
– А ты решила, что у нас нет будущего.
– Тебя это волновало?! Наверняка нашёл себе другую потаскушку на побегушках. Они всегда вертелись вокруг тебя!
– Но люблю-то я тебя.
– А я тебя нет!
– Я заметил, чёрт тебя дери!
– Болван! – кричу я, кладя руки ему на грудь и пытаясь оттолкнуть его.
– Чокнутая! – кричит в ответ Ян, когда хватает мои руки.
И резко останавливаюсь, когда до меня доходит. «Но люблю-то я тебя», – я правильно расслышала?
Сомнений нет, Левицкий и правда сказал, что любит меня. Сказал то, о чём я и мечтать не могла.
– Ты… Любишь меня? – мой голос дрожит, когда я тихо задаю этот вопрос.
– Люблю. Я, может, и поздно понял это, Ника. Но я люблю тебя. Ты нужна мне. И я больше не намерен тебя отпускать. И пришёл забрать то, что принадлежит мне.
Он обвивает мою талию своими крепкими руками, носом тыкается мне в щёку, и я жадно вдыхаю аромат его кожи. Сердце начинает трепыхаться так, как в первый раз, немеют пальцы. Тянусь, чтобы дотронуться до его щеки. Бывший ловит мою руку и целует запястье, слегка касаясь губами кожи.
Я так соскучилась, три месяца срок не малый. Волосы спадают ему на лоб. Ян такой бесподобный, опьяняющий и родной, что всё сжимается в груди. Он раздвигает мои колени, чтобы прижаться ещё ближе. Хватает всего двух движений моих бёдер по направлению к нему, чтобы сломать его. Никаких прелюдий, никакой нежности. Бывший со свирепой ловкостью расстёгивает свои джинсы и приспускает трусы, пока его губы скользят по моей шее и ключицам. Я дёргаю его за волосы, когда он задирает моё платье вверх. Как удобно, что я надела чулки. Мужчина спускает бретельки моего платья и стаскивает бюстгальтер.
Тишина кабинета перемежается только с нашим тяжёлым спутанным дыханием. Мы даже не разговариваем больше. У нас крыша едет, какие уж тут разговоры.
Ян приседает, чтобы резко стянуть с меня трусики. И сразу же поднимается, чтобы расстегнуть свою рубашку и опрокинуть меня спиной на парту. Я смотрю в его глаза, когда обвиваю бывшего ногами. Он нависает надо мной и захватывает в плен своего горячего рта затвердевшую горошину моего соска.
Охаю, выгибая спину, почти до крови закусываю губу, когда мужчина ласкает мою грудь языком и зубами, а его каменная твёрдость трётся о моё бедро. Ян проводит пальцами по моим губам, и я обхватываю их губами, начиная посасывать. Мои ноги дрожат от вожделения, когда Левицкий приставляет член к моей влажной дырочке. Бывший довольно усмехается, приподнимает за бёдра и его ствол входит, медленно и мучительно, безумно сладко до сумасшествия. Срываюсь на стон, а с его губ вырываются пара восхищённых проклятий. Бывший притягивает меня за талию навстречу к себе, чтобы прижать как можно ближе, чтобы я даже клитором чувствовала его толчки. Раздвигаю ноги, как можно сильнее, напрягаясь всем телом.