Стас. Судьба наказала и его и его отца. Конечно, это случилось благодаря Роме, но главное они несут наказание!
Бывшего свёкра посадили на пятнадцать лет, совсем стариком выйдет на волю. Стас же последовал за отцом, правда срок у него на половину меньше. Жизнь после тюрьмы у них будет очень тяжёлая. У них изъяли практически всё! Осталась одна квартира, в которой мы когда-то жили. Ну хоть не бомжом будут скитаться, хотя не жалко. Он сам виноват во всём, что с ним случилось.
В роддоме нас встречают, Ромка же предупредил. Меня сразу забирают, Кравцов рвётся следом, торможу, кричу этому упёртому, чтобы не смел появляться на родах. Врач просит Рому не волновать меня и дожидаться в коридоре, а лучше и вовсе домой поехать. Нет, конечно, не поехал, но рваться со мной перестал. На стул упал, обхватил голову руками.
С Дашей было легче, она у меня кнопкой была, а вот сынок… постарался Кравцов! Сын в папу, крепенький, характер сразу продемонстрировал. Долго плакать не стал, смотрел так хмуро, словно всё понимал, у медперсонала смех вызвал.
В палату меня через пару часов перевели, а там сюрприз, Кравцов старший, младшего на руках держит.
– Ульянка, девочка моя, – засуетился муж, сына в кроватку положил, рванул ко мне, – спасибо за сына, любимая.
– И я тебя люблю, – голос хриплых, мои крики, наверное, весь роддом слышал.
Спать хотелось ужасно, Артёмка вымотал.
Кравцов уложил меня на кровать, сам прилёг рядом, пальцами обрисовывал контуры лица, то целовал, то шептал ласковые слова. Сынок спал, вскоре уснула и я.
В больнице мы провели четыре дня, Ромку было не выгнать, он отлучался на пару часов, и вновь возвращался. Учился ухаживать за Тёмой, менял подгузники и даже не морщился, держал столбиком после кормления.
Встречали нас весёлой толпой! Тётя Галя с Дашей, Вова и Настя Ветровы с детишками. У всех были цветы и шарики. Больше всех горланил поздравления Ветров, словно это его сын родился! Настя закатывала глаза и улыбалась, мы с ней успели подружиться. Она шикала на Вову, но тому было не до нас! Он радовался за друга! Три маленьких девочки пищали показать им маленького Артёма, Кравцов тут же присел на корточки, показывая Даше и дочкам Ветрова нашего богатыря.
И всё было хорошо, три месяца счастья и тишины, а потом я заметила странное поведение Ромы. Из его кабинета стал доноситься грубый голос, он с кем-то ругался по телефону, после был хмур и расстроен, хоть и пытался скрыть это от меня.
Страх сковал душу, почему-то сразу подумала про Крамских. Неужели мстить начали?
– Ром, у нас всё хорошо? – уложив Тёму и Дашу, зашла в кабинет мужа.