Чуть не свалившись с постели, проковыляла неровной походкой к напольному зеркалу, заставив красотку с косой шарахнуться от меня в сторону.
Как только натолкнулась на отражение, застыла.
«Это не я! Это ни разу не я! Где моё отражение?! – Только (о, ужас!) голубоглазая брюнетка синхронно со мной хлопала ресницами, безумно похоже изумляясь моему присутствию. – Меня зовут Тимохина Лилия, и ещё вчера ночью я была кареглазой шатенкой! Что началось?!»
У неправильного отражения задёргалось веко. Точь в точь, как у меня!
Я попятилась назад, и красотка стала отдаляться.
Схватившись за горло, добилась того, что брюнетка тоже коснулась своей шеи.
«Нет, нет, нет, нет… – сглотнув, снова почувствовала горечь. Бредовая мысль о попадании в пограничную реальность, о которых так любят сейчас фантазировать в книгах и фильмах, упорно рвалась вперёд. – Я… я умерла?!»
– Госпожа, – робко пискнула деваха, на нервах наматывая свою длинную русую косу на кулак, – не пугайте меня.
«Да уж, конечно! Тебя я пугаю! Я так-то сама на пределе! – прикрыв глаза, сконцентрировалась на дыхании. – Так, Лиля! Спокойно! Дыши. Что мы имеем? Совсем другое тело – раз. Оно лет на десять моложе твоего собственного. – Слишком юным выглядело моё отражение. – Дальше… второе: я в каком-то богатом доме, значит, это тело живёт неплохо. Но не факт, потому как голубоглазая дурочка рискнула отравиться… и таки отравилась, раз я теперь в её теле… Мать моя женщина, – не сдержалась от мысленного восклицания, пытаясь осознать факт присутствия. Ресницы распахнулись. – Реинкарнация существует!!! Только почему меня перенесло в тело взрослой девахи?! И почему знания о прошлой жизни у меня сохранились?! Нет… я не жалуюсь, но раз уж настало время уверовать в высшие силы, то так-то надо до конца соответствовать религиозным описаниям воплощения души. Хотя… тогда я ничего не помнила бы. – Мысли хаотично метались во всех направлениях. – Боже! Я умерла! А… а какой это мир? Или мы имеем дело с переносом во времени? А если нет? Вдруг меня не до конца притопили, и я, например, просто в коме где-то валяюсь, представляя всё это?! – Не то, чтобы меня можно было назвать любительницей фэнтези, но я нет-нет, да почитывала на досуге после работы подобную периодику. – Да… наверное, это кома, а все происходящее – бурная фантазия, ничего более».
– Госпожа… я пошлю за вашим мужем?
«Мужем… – я зависла. – Во подсознание даёт! Хотя… В тридцать лет пора бы уже мужа… позвать. Это не мои слова. Мамы, мечтающей о внуках. Одно не понятно – зачем они ей, когда всё моё детство родительница меня в упор не замечала?»