Развернувшись, он ушел. А я продолжал ковыряться в мусоре, пока совсем не перестал видеть хоть что-то. Остановился, тяжело дыша и оперевшись на лом.
Твою мать! Придётся признать, что тощий был прав… Хотя бы до утра надо успокоиться. Всё равно хрен что увидишь. Посмотрел на небо — там было нечто, похожее на звёзды, какие-то маленькие разноцветные угольки или ещё что. Но света они давали маловато, даже, скорее, сгущали темноту, а не разгоняли её. Никакой луны для меня у этого мира не нашлось.
Плюнув, подобрал котомку с едой и пошел к огню костра.
Там сидело человек пятнадцать, не совсем уверен, некоторые были лишь слегка освещены. Тощий повернул ко мне голову, кивнул, будто негласно соглашаясь с чем-то, подвинулся, уступая место на покрытом ткань камне.
— Не нашел? — спросил тощий.
— Нет.
— Никто не знает — люди из пятого дома, семнадцатой квартиры уцелели? — спросил всех тощий.
— Неа. — ответил кто-то, другие остались равнодушны или отрицательно помотали головой.
— Прости, друг, сам видишь. — похлопал меня по плечу мужчина.
— Угу. — я просто сидел, глядя в пламя костра.
Думать ни о чём не хотелось. Этот день выел все мои эмоции и мысли, оставив одну пустоту. Не хотелось даже есть и пить, хотя я думал, что после часа разгребания завалов я буду голоден, как тощий бегемот. Но нет.
Так я посидел некоторое время, слушая переговоры, всхлипывания и жалобы, а потом отошел в сторону, устроился на котомке, как на подушке, и заснул, не отпуская из рук лома. На всякий случай.
Утром я проснулся от крика. В предрассветной мари кричала одна из женщин. Она разбудила остальных, все вскочили на ноги, не понимая, что происходит. Я тоже проснулся, но вскакивать не стал, лежал, вцепившись в лом, и смотрел на то, от чего орала эта дура.
На развалинах сидела какая-то птица, несомненно хищная, вроде орла или беркута, и клевала верхнюю половину человеческого тела, придерживая её когтистой лапой. И всё бы ничего, мало ли падальщиков на свете? Но птица была размером с лошадь, если не больше! Половина человеческого тела была в его лапе игрушкой!
А в небе, чётко выделяясь на фоне начинающихся разгораться огненных рек, кружи ещё десятки подобных птиц, сужая круги и опускаясь к нам с каждой секундой.
От вида кружащихся в небе десятков хищных монстров у меня мурашки по коже пробежали, а пальцы судорожно сжались на ломе. Для таких, пожалуй, и лом не будет угрозой! Попробуй пробейся сквозь плотные перья!
— Не ори! — кто-то громко шикнул на кричащую девку.
Она продолжала орать, послышался звук пощёчины, и крик всё же оборвался, перейдя в сдавленные всхлипывания, будто она зажимала себе рот руками.