Но я видела, что по отцу это все равно это ударило. Пусть он и старался не подавать вида и, раз к этому все пришло, тоже поставил стену между собой и своим сыном. Все равно, через ассоциацию, ему теперь было запрещено приближаться к Ашу.
Прошла еще неделя и мы с отцом вернулись в столицу. Я уже могла нормально ходить. Постаралась поскорее вернуться к учебе, встретиться со своими друзьями и поставить перед собой множество новых целей. За последнее время жизнь потрепала, но я уверяла себя в том, что это лишь шанс стать сильнее.
На метку я больше не обращала внимания. Прятала ее за браслетом и считала, что рано или поздно она пройдет. Не я истинная Аша. Ею является та девушка.
Про них часто говорили в новостях. Оказалось, что это третья истинная пара за все время существования альф и, естественно, из этого раздули огромную сенсацию. Сама девушка, или не ожидала такого внимания камер, или оказалась слишком скромной, но на интервью толком не отвечала. Бегала от камер. Но про нее все равно много рассказывали. Правда, я не слушала. Всегда переключала новости и знала лишь то, что она из семьи небольшого предпринимателя.
Аш пока что еще был в больнице, но, кажется, его раны достаточно быстро затягивались. Это хорошо. Пусть живет счастливо, но где-нибудь далеко.
Постепенно жизнь налаживалась. Я с головой ушла в учебу. Взяла для себя несколько проектов и сказала отцу, что хочу помогать ему в работе. Мы каждый день вместе завтракали и ужинали. Я старалась хотя бы одно блюдо приготовить лично. Порадовать его. Дать тепло, ведь, пусть Аша с нами больше не было, но мы вдвоем являлись даже куда более крепкой семьей.
И все действительно стало хорошо, если не считать одного — тошноты по утрам. Казалось бы всего лишь мелочь, которую я изначально списывала на недавно пережитую нервозность, как позже я осознала, что у меня задержка.
Тревожно, судорожно купленный тест на беременность и две полоски на нем. Тот ужас, который я пережила смотря на них, невозможно передать ни одними словами. Я опять ревела. Навзрыд. Лежа на кровати и задыхаясь от собственных слез.
Я понять не могла почему судьба меня так ненавидела. Почему каждый раз, когда я пыталась подняться на ноги, она опять меня била. Все сильнее и сильнее. Уже теперь так, что подняться на ноги было невозможно.
Первой мыслью было сделать аборт. У меня других вариантов вообще не имелось. Но, на следующий день записавшись в больницу, я туда так и не пошла. Невозможно описать того, что я испытывая, но, каждый раз мысленно думая о том, что я обязана сделать аборт, каждый раз кроваво разрывалась на части.