— Ваши клятвы приняты, — неожиданно мощно пророкотал голос неведомого существа. — Брачный союз благословлён и скреплён высшими силами. Отныне вы муж и жена.
От прикосновения чужой энергии по телу пробежала дрожь. Краем сознания отметила, как отяжелел безымянный палец на правой руке. Отмерев, Дима шагнул ко мне. Легонько коснулся губами моих и сразу перестал светиться.
— Ну здравствуй, жена, — шепнул на грани слышимости.
— Привет, муж, — я смущённо улыбнулась.
— Я обещал тебе прогулку, пойдём на воздух? — супруг спрятал мою ладонь в своей.
М-да уж. Ночь у меня и так уже выдалась насыщенная. Но голову проветрить действительно не помешает.
Кивнув, я пошла за Рюриковичем. Уверенно проведя по тёмным, узким коридорам, Дима распахнул деревянную дверь, вывел на улицу. Отпустив руку мужа, посмотрела в небо: на тёмном небосводе мерцала россыпь созвездий.
Довольно улыбнулась. Неожиданно некромант встал предо мной. Заслонив собой красоту, накинул мне на голову капюшон, застегнул верхнюю пуговицу на шубке. Подмигнув, приобнял за талию и повёл…куда-то.
Остановившись неподалёку от края склона, я затаила дыхание: там внизу раскинулось озеро. Берега укутаны снегом, а в неподвижном чернильно-чёрном зеркале воды отражаются звёзды.
Красиво.
Дима стоял рядом. Мы не разговаривали, но молчание не тяготило, напротив, было уютным. Накопленная за эти безумные дни моральная усталость, неспешно отступала. Окончательно расслабившись, я прижалась головой к плечу свежеиспечённого мужа.
— Спасибо, — выдохнула и счастливо улыбнулась.
Дмитрий повернул меня к себе, наклонился, нежно поцеловал.
— Нам пора. Ты озябла, — крепко-крепко прижал к себе и отпустил.
Я наблюдала, как Дмитрий вычерчивает в воздухе сложные символы рун. И ловила себя на том, что где-то внутри формируется смутное беспокойство. Не понимая, что со мной происходит, тряхнула головой.
Нечего себя понапрасну накручивать.
Улыбнувшись некроманту, взялась за его локоть и вошла в призрачный зеленый свет.
Зеленоватое свечение портала затухло. В комнате воцарился полумрак. Я стояла в изножье широкой кровати и растерянно хлопала ресницами. Это монументальное ложе абсолютно точно не моё.
Домовые поменяли? Но зачем?
Под ложечкой засосало. Тревожный взгляд метнулся на стену: вместо большого окна — узкая бойница. Сомнения разом отпали. Эта спальня не моя, чужая.
— Дима, почему мы не в особняке Апраксиных? — спросила обеспокоенно, поворачиваясь к императору.
Тот молча отошёл. Щёлкнул выключатель, яркий свет резанул по глазам. Проморгавшись, требовательно воззрилась на Рюриковича. С непроницаемым лицом он опустился в роскошное кресло. Закинул ногу за ногу, небрежно поинтересовался: