На самом деле мне сейчас не за что обижаться на Диму. Предстоящая встреча государя с адвокатом, безусловно, неожиданность. Но уже сегодня Анатолий Фёдорович нужен мне в качестве юриста. Причём позарез. Однако я боюсь сболтнуть что-нибудь лишнее. Так что всё к лучшему. И все же терзают смутные подозрения: с чего вдруг мой венценосный супруг решил выйти из тени?
«Не накручивай себя, — посоветовал вездесущий тушканчик. — Некромант — умный мужчина и не желает тебе зла».
В первом не сомневаюсь, а вот во второе хочется верить.
«Ты постоянно считываешь мои эмоции?» — я словно невзначай опустила руку в карман, погладила ушастика.
Тот промолчал. Впрочем, ответ и не требовался. Лопоухий друг не может влезть в мой разум, а вот внутренние переживания для него не секрет. Мысли перескочили с одного на другое.
А не ушастый ли организовал этот диалог Димы с Кони?
«Або, как Дмитрий связался с юристом? Ты помог?»
«Нет, — сразу же открестилась высшая сущность. — Весь разговор слышал, но трёхконтурный ментальный канал некромант настроил самостоятельно. Для первого раза отлично справился».
«Понятно, почему юрист позеленел. Димитрий Иоаннович накосячил».
«Ты слишком требовательна к некроманту. Забыла, что он совсем недавно стал универсалом?» — упрекнул зверёк.
Оба-на, сюрприз.
«Дружочек, а скажи-ка мне, что в лесу сдохло? С чего это ты встал на защиту Рюриковича?»
«Ты спрашивала про эмоции. Чувства некроманта к тебе глубоки и искренни. Подумай об этом на досуге», — недовольно пробурчала иномирная сущность.
Не поняла. Ушастый только что назвал меня замороженной, сварливой бабой? Или он имел в виду что-то иное?
Тем временем наш автомобиль въехал в солидные ворота. Зарулив на парковку, Анатолий Фёдорович выключил двигатель. Повернувшись ко мне, поведал:
— Графиня Троекурова, как и я менталист. Наши с вами мысли для неё закрыты, но есть нюанс. Ваши эмоции легко считываются. Ольга Павловна остра на язык, за словом в карман не лезет. Постарайтесь не реагировать на её каверзные вопросы. Дополнительные проблемы вам сейчас ни к чему.
Грамотный подход. Не стал поднимать тему ментального разговора. А вот его намёк более чем прозрачен. Увы, если графиня заведёт беседу об императоре, артефакт активизируется. Но объяснять юристу причину столь лютой ненависти к самодержцу не стану. Его величество сделает это сам. Если сочтёт нужным. И тут в голове зажужжала назойливой мухой неприятная догадка.
Не ловит ли государь на меня, как на живца, аристократов-заговорщиков? Рюрикович— мой муж, но в первую очередь он император. Чертовски обидно, если использует меня втемную. А может, оберегает от лишней нервотрёпки беременную жену?