Князь же взял на себя организацию ямской службы между городами по примеру той, что была в Золотой орде, и даже название оставил прежним. Сразу же люди стали чаще выбираться из дома, чтобы навестить своих родных, и спрос на гонцов увеличился. Они теперь регулярно скакали из города в город, доставляя кучно весточки.
И это на фоне увеличившегося количества коробейников, сбитенщиков, мелких мастеровых и их помощников, строительных артелей, прибывших из других городов. Повсюду был слышен стук топоров, пахло деревом, скрипели колеса с привезённой слюдой, досками, известью, мелом, гипсом, мхом, брусчаткой… Город преображался, но пока это происходило наспех, по необходимости.
Не успели горожане удивиться появлению огромного количества нового транспорта на своих улочках, как в небо взлетел воздушный шар с корзиной и человеком внутри неё. В колокола тогда целый день били, а священники говорили, что человек стремится к Богу. И пусть на воздушном шаре его не достичь, но творить и развиваться нужно.
Дуня много в тот день выслушала хороших проповедей о том, к чему все должны стремиться. Под их влиянием она вместе с княжичем организовала создание новостного листка.
С тех пор этот листок стал вестником княжьих дел. Благодаря ему люди узнали о создании новых приказов, о появлении в городе ночной стражи, пожарной службы, графике приёма почты гонцами, введении честных людей в счётные службы князя…
А ведь всё это новые рабочие места, новые частные дома, приказные избы и… вновь новые рабочие места.
— Боярышня Евдокия? — окликнул Дуню церковный служка, когда её бричка выезжала с казначейского двора.
Полученные у казначея мешочки с деньгами были плотно уложены в сумку-короб, где ранее лежали поделки, и сумка покоилась в ногах боярышни. Услышав, что её зовут, Дуня невольно расправила сарафан, прикрывая богатство и хмуро посмотрела на того, кто её окликнул.
— Тебя ждет владыко Феодосий. Следуй за мной, я провожу, — безапелляционно потребовал служка.
— Тебя ждет владыко Феодосий. Следуй за мной, я провожу.
Дуня нахмурилась, услышав, что бывшего владыку назвали владыкой, как будто он не снимал с себя сан. Это звучало провокационно и враждебно по отношению к действующему владыке Филиппу. Она укоризненно покачала головой, но глупый посланник лишь выше задрал подбородок.
А ведь нынешний Глава московской церкви Филипп весьма благожелательно относился к своему предшественнику. Так зачем же искусственно создавать нелюбие между ними из-за провокационного титулования?
Но как бы то ни было, всё равно, как же не вовремя её позвали! Прямо хоть разорвись пополам, чтобы довезти деньги до дома — и старца Феодосия не обидеть небрежением.