— Я отвечу как можно быстрее, Виталий Семенович, — серьезно пообещал я, наклонив голову и принимая бумаги.
Адмирал улыбнулся.
— О большем я и не прошу. А теперь пройдемте в столовую, княжич. Я уже слышу, как к нам спешит невеста моего внука, — он поднялся на ноги, опираясь на столешницу, чуть сильнее, чем требовалось обычному человеку. — Бойкая девушка, должен заметить.
— Петру Васильевичу очень повезло, — кивнул я, размышляя, не предложить ли Виталию Семеновичу стать одним из добровольцев в моем испытании.
Адмирал вытащил из-за стола трость и жестом предложил мне идти впереди. А стоило нам покинуть кабинет, на другом конце коридора показалась Надежда Григорьевна. Комарова радушно улыбалась, но я заметил, что на меня она смотрит с некоторым опасением.
Что же, это понятно. Может быть, Петр Васильевич и поразил ее наивное девичье сердечко, однако рациональный подход требовал разобраться, на что род станет жить после смерти адмирала. Даже если Надежда Григорьевна рассчитывает как-то помочь семейному бюджету своим приданым, долго на него не проживешь.
Я еще не знаком с отцом нашего старосты, но раз за воспитание внука взялся глава рода, полагаю, одно поколение Орловых упущено.
Но при всем моем уважении к адмиралу и его внуку, благотворительностью заниматься я не стану. Так что посмотрим, что там предлагает Виктор Семенович, и только потом будем давать обещания.
Надежда Григорьевна на правах единственной женщины за столом командовала прислугой и поддерживала светскую беседу. Причем было заметно, что в качестве хозяйки она чувствует себя комфортно.
Так что из-за стола я выходил действительно не только сытым, но и отдохнувшим.
— Что ж, — заговорил Виктор Семенович, покидая столовую, — прошу меня извинить, но для меня уже время позднее. Так что оставлю все веселье молодым. Дмитрий Алексеевич, еще раз — очень рад, что мы, наконец, познакомились. Я понимаю, что вы были не обязаны помогать Петру, но все же подставили нашему роду плечо.
— Я всегда помогаю и защищаю своих людей, господин адмирал, — улыбнулся я в ответ, прежде чем пожать ему руку.
— И это похвально, — ответил Виктор Семенович. — Боюсь, мне не удалось привить такого же чувства долга своему сыну. Так что Алексей Александрович может вами гордиться.
Я искренне улыбнулся ему.
— Я обязательно передам отцу ваши слова.
Виктор Семенович кивнул и направился наверх. А меня подхватила под руку Надежда Григорьевна.
— Дмитрий Алексеевич, прошу вас пройти в игровую, — произнесла она.
Петр Васильевич кивнул мне, показывая путь. И уже через минуту мы вошли в комнату, по которой было сразу заметно, чем занимался отец нашего старосты, пока адмирал бороздил моря и защищал водные границы Русского царства.