Ирина Руслановна после нескольких недель в Казани казалась еще более эмоциональной, чем раньше. На помолвке Сергея она такой яркой не была. Впрочем, я был рад ее видеть любой, ведь, как ни крути, она действительно была для меня родным человеком.
— У меня уже все готово, матушка, — заверил я, когда она отступила на шаг.
— Пока я не увидела тебя в костюме, ничего не готово, — заявила Ирина Руслановна, после чего отступила в сторону. — Так что сейчас займемся последними приготовлениями!
Спорить я не стал, это, во-первых, все равно было бесполезно. Княгиня не забывала своих Демидовских корней, и в делах такого рода всегда добивалась того, к чему стремилась. А во-вторых, нормально поработать сегодня все равно бы не вышло. Завтра вставать ни свет ни заря, так что в любом случае ничего важного я бы сделать не успел.
— Как прикажете, княгиня Романова, — со всем возможным изяществом поклонился я. — Но разрешите сперва отужинать?
Она посмеялась в ответ и милостиво кивнула.
— Ждем тебя в столовой, Дмитрий, не задерживайся, — и, отдав распоряжение, матушка покинула меня.
Я же получил от Василия Васильевича заверение, что на территории особняка все в полном порядке, и только после этого поднялся к себе в покои. Здесь уже ждал мой завтрашний костюм, на отдельном столике лежали украшения.
Взглянув на кольцо из белого золота, усеянное брильянтами, которое завтра окажется на пальце боярышни Морозовой, я улыбнулся. Завтрашний день должен пройти идеально.
Иначе у Романовых и не бывает.
День помолвки начался для меня в пять утра.
Проснувшись за минуту до будильника, я отключил его и прошел в ванную. А приведя себя в порядок после сна, натянул спортивный костюм и, заранее напитав тело даром, выскочил на улицу.
Особняк еще спал, в большинстве помещений даже свет не горел, превращая мое жилище в сонное царство. Лишь дежурный охранник кивком поприветствовал меня на выходе.
После ночной метели пушистый снежный слой в добрый десяток сантиметров накрыл всю мою землю. Через пару часов его, конечно, расчистят, а пока что смотрелось красиво, как будто я не в центре цивилизации, а где-то на отшибе. Даже воздух — трескучий, морозный, пах диким лесом — от деревьев доносился аромат смолы и иголок. С внешней стороны дом уже был украшен к празднованию, и чувствовалось приближение Нового года.
Легким усилием воли создав под подошвами небольшие поля, чтобы не провалиться, я побежал прямо по белому покрывалу. Покров защищал от холода и ветра, высокий темп я брать не стал, рассматривая свою территорию.