Улыбка сама появилась на моих губах, когда телефон в моей руке завибрировал. Раз не хотят работать со мной по-хорошему, я тоже в благородство играть не стану.
— Да, отец.
— Приказ я уже отдал, плащ завернули и передадут опричникам через три квартала, — сообщил князь Романов, явно выдыхая сигаретный дым на том конце. — Остановитесь, вручите плащ и сразу домой. Руслан Александрович уже едет к нам, вместе все обсудим.
— Как прикажешь, князь, — ответил я.
— И будь осторожен, сын, — произнес Алексей Александрович уже спокойнее. — Не хотелось бы, чтобы на тебя опять какой-нибудь самоубийца напасть попытался. У этих европейцев хватит мозгов попытаться устроить покушение прямо на улицах столицы.
— Все под контролем, отец, — заверил я. — Да и единственные, кто мог бы на меня напасть, это британцы. Но их сейчас прижимает ЦСБ, и до меня англичанам дела нет. Но я буду крайне осмотрителен.
— Хорошо, ждем твоего возвращения, — выдохнул князь Романов, после чего положил трубку.
— Это непростительно, — вздохнул князь Демидов, откладывая вилку. — И мы должны выдвинуть обвинения, независимо от того, что там решат в Кремле. Замалчивать подобную наглость — все равно что проглотить оскорбление.
Мы собрались за поздним ужином втроем. Сергей еще днем сорвался в Якутию к своей невесте, улаживать последние вопросы с намеченной свадьбой, так что кроме нас в особняке никого не было.
— Ход был бы хорош, не будь у нас «Оракула», — заметил Алексей Александрович, накалывая последний кусочек стейка. — Сам факт того, что глава Римской безопасности пошел на подобные меры, доказывает, что он понятия не имеет о нашем техническом превосходстве.
Я промолчал, не уточняя, что без крупного центра, откуда искусственный интеллект мог бы контролировать всю планету, это еще далеко не превосходство. Мы просто обгоняем конкурентов на несколько шагов. Да и то, откровенно говоря, нам не хватает ни рук, ни глаз.
— Это, конечно, приятно знать, но ситуация от этого не меняется. Граф Кальдеро нанес моему наследнику оскорбление, — ответил дед. — Сначала принц предлагает за копейки получить доступ к Уральским мощностям, теперь этот макаронник сует свой нос в наши дела.
И это не говоря о британцах, к которым ушла информация о царских детях, одним из которых я являюсь.
— Меня больше смутило, что он заявил, будто ключников не существует, — сказал я, привлекая внимание старших родственников. — Конечно, если бы я пригласил человека, подающего надежды, вступить в некое тайное сообщество, а тот отказался, я бы тоже рассказывал, что никакого сообщества не существует. Однако оно есть, и это не фикция.