Он положил на стол несколько купюр и поднялся из-за стола.
— До встречи, Герхард.
Оставшийся на своем стуле представитель заказчика проводил его взглядом и, прежде чем сделать-таки заказ, смял салфетку в руке. Слова наемного убийцы, лучшего среди неодаренных, кого можно было нанять в Германском рейхе, упали на благодатную почву.
В Русском царстве действительно можно скрыться. Директор точно не обрадуется, что заказ не взят. И может разгневаться на своего сотрудника.
А пожить Герхарду хотелось.
Русское царство, Познань, отделение Царской Службы Безопасности .
В допросной комнате горела желтоватая лампа. Она не раздражала глаз, но создавала по углам ощущение темноты. Чем неприятно давила на посетителей, хотя здешние сотрудники привыкли к такому освещению и не испытывали дискомфорта.
За железным столом, приваренным к полу, сидел молодой мужчина в сером костюме. Его зачесанные назад волосы теперь были взъерошены, так как прическу постоянно теребили от волнения.
Каждые несколько секунд мужчина нервно протирал очки уже порядочно засаленным платком. Никто посетителя не приковывал, однако ожидание встречи с уполномоченным сотрудником ЦСБ заставляло мужчину чувствовать себя не в своей тарелке.
Наконец, дверь открылась, впуская седого сорокалетнего человека с военной выправкой в униформе лейтенанта.
— Итак, Петер Стерманн, — произнес сотрудник Царской Службы Безопасности, садясь напротив мужчины. — Вы запросили у Русского царства политического убежища. Расскажите, что случилось с вами в Германском рейхе.
Ожидавший опричника мужчина торопливо кивнул.
— Перед тем, как я получил разрешение на туристическую поездку в Русское царство, ко мне подошли несколько человек. Они представились внутренней службой безопасности Германского рейха. И приказали разослать несколько писем, когда я окажусь в Русском царстве, — сообщил он.
Опричник приподнял бровь.
— Эти письма в вашем багаже? — уточнил лейтенант.
— Да. Я не знаю их содержания, однако мне сказали, что от меня зависит будущее Германии.
— Сдается мне, вы не слишком им поверили, почему, господин Стерманн? — уточнил сотрудник ЦСБ.
Сидящий напротив мужчина чуть улыбнулся.
— Я уже десять лет преподаю немецкий язык для мигрантов, желающих получить гражданство Германского рейха, — сообщил он. — И прекрасно слышу, когда человек, который по закону обязан иметь чистое произношение, изъясняется с испанским акцентом.
— Вот как? — сохраняя совершенно спокойный тон, вскинул бровь лейтенант, делая пометку в своем блокноте. — А в своей стране вы не обратились в органы, опасаясь за свою жизнь?