Я лежал, наслаждаясь простым человеческим теплом. Думать не хотелось совершенно, так что до момента, когда заснул, на моем лице была улыбка.
Будильник на телефоне Маргариты зазвенел, заставляя меня резко открыть глаза. Женщина рефлекторно подорвалась с постели, слепо нащупывая на тумбочке аппарат. Судя по скованным движениям, она еще не проснулась, но двигала руками по экрану уверенно, демонстрируя долгие месяцы тренировок.
Для владелицы собственного дела ожидаемый навык.
— Ох, прости, — прошептала она, заметив, что я поднял веки и внимательно за ней наблюдаю. — Вчера все так резко случилось, что я забыла отключить звук.
Я улыбнулся и, просунув руку под ее шейку, прижал к себе.
— Ну хоть сегодня не на «вы», — произнес я.
Потому что в прошлый раз с утра, несмотря на то, что между нами произошло, я вдруг из «Ванечки» превратился в «Ивана Владимировича». И это, откровенно говоря, покоробило. Нет, в сословном обществе это совершенно нормально, она простолюдинка, я дворянин. Но в тот момент, когда Маргарита впервые обратилась ко мне по имени-отчеству, я ощутил себя так, будто воспользовался безотказной крепостной.
И хотя это не смогло мне в целом испортить отношение, все равно было немного неприятно. Уж в постели-то можно было и раскованнее себя вести. На людях — понятно, общение только в соответствии со статусом. Но наедине…
— Прости, — улыбнулась Маргарита, погладив меня по щеке. — Кто же знал, что ты захочешь пригласить меня еще раз. Тогда мне казалось, что это достойная плата за мое спасение, и мы больше никогда не увидимся.
Я хмыкнул, положив ладонь на обнаженную грудь, и чуть сжал пальцы.
— Полагаю, сегодня ты можешь задержаться, — произнес я. — Твой магазин откроют и без тебя.
Маргарита прикрыла глаза и улыбнулась, устраиваясь в моих объятиях так, чтобы мне было удобнее продолжить ласки. Однако до конца она так и не расслабилась.
— Вчера я продала свой магазин, — с видимым трудом произнесла она.
— Вот как? Что-то случилось?
Я прервал свои движения, прекрасно видя, что Маргарите сейчас не до плотских удовольствий.
— Связалась не с теми людьми, вот меня и захотели наказать, — пожала плечами та. — По-хорошему, конечно, меня пытались закрыть, но я решила, что лучше продать свой магазин и вывести деньги. Так что вчера подписала договор…
— Фамилия у этих людей есть? — уточнил я.
Маргарита посмотрела на меня, и я заметил, как увлажнились ее глаза. Еще не слезы, но уже близко.
— А разве это имеет значение, Ваня? — спросил она. — Не эти, так другие. Сама виновата, не следовало лезть туда, куда не положено.