Даже несколько расстраивает. Я полагал, Маэстро начнет с починки забора. Впрочем, найти реставраторов, которые умеют работать с действительно старой ковкой и при этом сидят без дела — куда сложнее, чем оформить пару бумаг в юридической конторе. Рабочие, обладающие такими навыками, всегда нарасхват. У многих дворян история рода уходит глубоко в старину, и им постоянно требуется что-то подновить.
Более того, если в роду условного рода Ивановых имеются объекты исторического наследия Российской Империи, эти самые Ивановы будут обязаны поддерживать их в определенном состоянии. Так что толковые реставраторы действительно без заказов не остаются, и единственный способ заставить их взяться за мой забор, если Маэстро подключит связи с благородными фамилиями.
— Конечно, — кивнул я, садясь на диван. — Давайте документы.
Дарственная ничем не отличалась от стандартного договора, который можно было скачать в сети в качестве бланка. «Бернс, Манн и компаньоны» лишь вписали данные дарителя, адрес и мои реквизиты. Естественно, владелец подставной, так как не подходил по дате рождения на возраст Маэстро. А мои же реквизиты легко можно найти на официальной странице Моровых.
Проверять здание смысла для меня сейчас не было. Это не я прибежал заглаживать вину, и если хозяин банды не сдержит свое слово, я ведь и спросить с него могу, как спрашивал с «Диких кабанов». Так что по крайней мере в этом вопросе на Маэстро можно положиться.
Поставив подпись в нужных местах, я стал обладателем двухэтажного дома в получасе езды от родового особняка Моровых. Юристы упаковали свой экземпляр в дипломат и отбыли. Им еще сделку регистрировать в имперской канцелярии.
С документами в руках я поднялся в кабинет деда. Убирать дарственную в тайник не было смысла — не та это бумага, чтобы о ней настолько переживать. Так что я просто положил ее в верхний ящик стола.
Заодно, раз уж занялся этим вопросом, решил пролистать документы Александра Васильевича в поисках контактов юридической компании, которая подписывала его завещание. А вместе с тем можно и прочие документы рассортировать по своему вкусу. Дед лежит на полке в усыпальнице и вряд ли станет возражать.
На то, чтобы навести порядок, ушло полчаса. Я окончательно проснулся к этому времени и был готов приступить к созданию первой артефактной запонки. Два броска копейки помогли выбрать стихию, ей оказался воздух.
Углубившись в нанесение рисунка на запонке, я не сразу заметил, что телефон вибрирует на столешнице. Работа требовала серьезной концентрации, мои руки не были столь ловкими, как в бытность Верховным магом. Так что я полностью отрешился от мира и не был готов к разговорам.