— Спасибо, Агата, — отозвался я.
Из отражения на меня смотрел молодой широкоплечий блондин с голубыми глазами. За прошедшие в этом мире девятнадцать лет я уже привык к своей новой внешности. Да и чего там говорить, после тысячи лет на службе у Смерти, я уже позабыл, как выглядел изначально.
Теперь же я вырос в настоящего красавчика, в чём безусловная заслуга четы Князевых. Что Владислав Константинович, в прошлом ярый сердцеед, что Елизавета Ростиславовна, на руку которой претендовал даже великий князь, могли бы занимать места в конкурсах красоты.
Закончив собираться, я допил чуть остывший кофе и взмахом руки вызвал проекцию своей брони. В оригинале боевой доспех предназначался для штурмовых подразделений армейского спецназа, если бы только не цена за единицу. В итоге чудесную разработку зарубили на корню, её создатель прогорел, а я купил дело всей его жизни и теперь дорабатывал в меру своих потребностей.
Немного повозившись с внутренностями доспеха, я оторвался от работы, только услышав голос Агаты.
— Его благородие Владислав Константинович прибыл, — сообщил ИИ. — Он будет ждать вас в своём кабинете через пять минут.
— Спасибо, Агата, — отозвался я и взмахом руки погасил проекцию.
Кабинет главы рода Князевых располагался в нескольких метрах от крыла жилого. Биометрический замок на двери мигнул зелёным огоньком. Стоило приложить к сенсору палец, и створка отъехала в стену.
Отец обернулся ко мне с бокалом в руке. Смятый смокинг лежал на спинке кресла, демонстрируя настроение Владислава Константиновича. Он явно пребывал в смятении, но внешне держал себя в руках, как обязывало положение.
Разумеется, никто не заставлял следовать правилам общества в стенах собственного дома в узком кругу семьи и приближённых слуг. Однако, оставаясь в этих рамках, гораздо проще сдержать эмоции.
Мы были похожи настолько, что нас запросто можно было бы спутать, если бы не разница в возрасте. Впрочем, оба моих старших брата тоже пошли в породу Князевых, и только Дарья, четвёртый и самый любимый ребёнок, была копией матушки.
— Ярослав, присядь, — указав рукой с бокалом на кресло у стены, кивнул мне глава рода.
— Хорошо, отец, — отозвался я, после чего опустился на предложенное место.
Владислав Константинович всё ещё сохранил мужскую стать, превратившись из молодого красавца в солидного мужчину, на которого готовы были вешаться все дамы в округе. К их несчастью, Елизавета Ростиславовна была единственной женщиной, на которую отец обращал внимание.
— Как ты знаешь, поставки энделиона из Аэлендора позволяют нашему роду оставаться на плаву и занимать то место в обществе, которое у нас есть, — начал он издалека. — На протяжении нескольких поколений Князевы занимались переработкой магических камней, обеспечивая львиную долю поставок в государственную казну.