Митя и Витя дружно вжимают головы в плечи.
— Что ж, понятно, — со вздохом я возвращаю паспорта дрожащей девушке. — Как один из владельцев «Цитадели» я делаю вам выговор. Завтра обязательно сообщу о сегодняшнем происшествии вашему непосредственному руководству, чтобы к вам применили серьезные дисциплинарные санкции. Сейчас отправляйтесь по домам и подумайте о своем поведении. До скорого.
После моего разрешения у парней получается встать. Затравленно оглядываясь на меня, компания спешно ретируется прочь, и мы остаемся с Лакомкой вдвоем. Альва легкой походкой приближается и садится на скамейку вплотную ко мне. Голубые глаза блондинки заинтригованно поблескивают в лунном свете.
— Мелиндо, как я поняла, ты не будешь увольнять этих глупцов?
— Нет, — качаю головой. — Уволить — значит, лишить их средств на существование и тем самым подтолкнуть к новым грабежам в парках. От этого нет пользы ни мне, ни городу, — я злорадно усмехаюсь. — Намного прибыльнее заставить этих лодырей работать как волы, чтобы у них не оставалось времени даже подумать о кружке пива. Без выходных и отпуска в первый год точно.
— Какой коварный план! — восхищается Лакомка и кладет голову мне на плечо. — О, луна снова показалась! Смотри, мелиндо — сияет как золотая монета!
— Да, кстати о золоте, — я вынимаю кольцо из кармана куртки и протягиваю девушке на раскрытой ладони. — Сударыня Лакомка, не согласитесь выйти за меня замуж?
Альва аж подскакивает на месте и округляет глаза. Ого, как она сильно удивлена. Интересно, почему? Неужели думала, что так и останется безвенницей? Ну уж нет, свою травницу я никому не отдам, ведь безвенницы потенциально могут выйти замуж за кого-то другого. Жена же всецело предана своему роду. Так что всё более чем логично.
— Конечно, мелиндо! — кидается блондинка мне на шею.
Я глажу ее по волосам и целую в губы. Вот и хорошо. Вот и славно.
— «Рабис» — это более чем приличная фирма, — заявляет граф Горланов. — И я благодарен вам, Павел Тимофеевич, что вы решились продать мне.
— Только розничную сеть с оптовыми базами, граф, — замечает с улыбкой барон Горнорудов, отпивая из чашки чай. — Фабрики уже переданы другому лицу. Оно никак с нами не связано, если что.
— Что⁈ — граф явно застигнут врасплох. — Но мне доложили, что вы продаете «Рабис»! Потому я и прилетел лично!
— Жаль, что вас дезинформировли, — Горнорудов невозмутим и не собирается извиняться.
— И кому же вы передали всё производство, позвольте спросить? — раздраженно спрашивает граф.
— Господину Даниле Вещему, — следует ответ.