Друзья, поставьте, пожалуйста, лайк. Ваша поддержка даст Дане топливо переть как бронепоезд сквозь всех гадов, что станут у него на пути.
Награда
— Дорогая, уже очень поздно, — тихо произносит барон Горнорудов, заглянув в кабинет супруги. Широкое, светлое и просторное помещение с панорамными окнами. Павлу Тимофеевичу всегда нравилось здесь работать. Совсем недавно это был кабинет официального главы рода, но баронесса приватизировала его после своего воскрешения. Часто, очень часто барон был не в силах отказать своей властной жене. Да и кто на его месте смог бы? — Ты не собираешься спать?
— Еще пару часиков, дорогой, — отмахивается Жанна, которую почти не видно за стопками старых книг в кожаных переплетах. Сейчас баронесса листает в стерильных медицинских перчатках очень ветхий фолиант. Страницы пожелтели от времени, местами покрылись трещинами, да и сам витиеватый почерк на потрескавшейся бумаге напоминает кошачьи царапки. — Мне надо долистать «Сакральные анналы» Андрея Буревестника. Кажется, я наконец нашла то, что искала.
— Тебя что-то сильно беспокоит, дорогая? — с заботой спрашивает барон.
— Мне не дает покоя мой спаситель, дорогой, — вздыхает Жанна, откинувшись на спинку кресла. Баронесса сдувает с лица упавшую челку и делится раздирающими ее сомнениями: — А именно та легкость, с которой он одолел Демона. Представь себе, дорогой — Демона! Высшую тварь Астрала! Даже сами Филиновы обычно старались держаться подальше от глубинных слоев! По крайней мере, все, кроме Михаила и Кеннера.
«Опять этот сопляк⁈ Да сколько можно о нем думать!» — в душе Павел рвет и мечет, но внешне соблюдает невозмутимое спокойствие. Чему барон точно научился за столько лет ожидания возвращения жены, так это, конечно, ждать. Вот и месть подождет.
Вслух же барон сомневается с показным равнодушием:
— Одолел ли? Разве ты не пришла к выводу, что Вещий одержим Демоном? Поэтому ты и передала ему фолиант Романовского с чертежом Чертога Фауста.
— Одержим-то одержим, — соглашается Жанна. — Но мальчик его отлично сдерживает. Иначе бы артефакт Насти выдал бы Демона. Но он не выдал. Значит, спаситель вполне контролирует Высшего, несмотря на юный возраст. А это уже черта не столько умений, сколько природного таланта и сверходаренности, которая обычному молодому телепату, даже Филинову, недоступна. Это подтверждают и другие успехи спасителя, как, например, мое воскрешение. Слишком легко ему дается психическое измерение. И наверняка, Львов тоже что-то подозревает, хотя этому Царю-самозванцу мозгов не хватит додуматься до истины.