— Данила, я же тебя предупредила, — заявляет девушка. — Ты что, хочешь жениться на Бришкиной?
— Сложно хотеть ту, кого не знаешь, — замечаю. — А ты не расскажешь, почему так защищаешь меня от брака с дочерью своего вассала?
— Потому что она вертихвостка, — сбавив тон до полушепота, произносит Маша. — Вот почему.
— А поподробнее? — прямо чувствую здесь какую-то пикантную историю.
Маша быстро бросает взгляды по сторонам, потом произносит:
— Помнишь, почему я в первую нашу встречу в парке сидела и грустила? Я тогда еще с Паскевичем рассталась.
— Ну да, ты говорила, что застала его в обнимку с какой-то благородной… — И тут я догадываюсь. — Так вот, значит, кому Димчик вертел хвосты?
— Верно, — с презрением произносит Маша. — Ну что? Всё еще горишь желанием жениться на такой ?
— Да я и до этого несильно-то пылал, — замечаю. — Но спасибо, что рассказала. Теперь буду вдвойне осторожнее.
Действительно, мне не надо пользованного Дмитрием Степановичем. А вообще интересен тот факт, что Паскевич зажимался с вассальнозависимой другого князя. Ума совсем нет. Такой повод может привести даже к войне, ну или как минимум придется платить компенсацию. Впрочем, Паскевичам не привыкать отдавать заводы из-за очередной глупости наследника.
Попрощавшись с Машей, я направляюсь домой. Вражеские маги по-прежнему ощущаются рядом. Что ж, светский вечер наконец закончился, и теперь пора разобраться с приставленными сторожами. А то в наших отношениях с графом Хореновым так никогда и не наступит прогресса.
— Пора, — по возвращению я сразу командую Студню. — Начинаем операцию «Хлеб да соль».
В то же время. Дом князей Паскевичей
Второй день Зина наблюдала как ее брат слаб и немощен. Причина такой беспомощности была непонятна. Он не мог даже нормально передвигаться.
Сегодня вечером Зине пришлось тайком от отца вызывать Диме Целителя, настолько ему было плохо. Сам брат пытается не попадаться отцу на глаза. К его счастью, князь пока откладывал разговор, который обязательно состоится.
Когда Целитель закончил и ушел, Зина остается с братом наедине в его комнате.
— Дима, — серьезно произносит сестра. — Что случилось? Почему ты так слаб? Бой не мог настолько навредить твоему состоянию. Целитель сказал, что у тебя магическое отторжение!
Дмитрий лишь молча ложится на кровать и отворачивается к стене. Тогда Зина решительно подходит к портфелю брата.
— Что ты делаешь⁈ — вскидывается Дима. — Не лезь в мои вещи! Отойди, я сказал!
Но Зина, не слушая, роется в портфеле. Брат всё равно не может ее остановить. А она должна опровергнуть свои опасения, либо, наоборот, подтвердить самое худшее.