И взмывает вверх. Скоро за Стеной станет на одного херувима больше.
Мы с Лакомкой пересекаем Демонскую Стену. И ощущение, будто ныряешь в чужеродную физику. Воздух становится тягучим, как сироп.
— Тебя не тошнит? — спрашиваю по мыслеречи.
— В норме, — отвечает альва, но лицо у неё напряжено.
— А теперь честно, — хмыкаю.
— Лучше передохнуть, — вздыхает блондинка.
Мы снижаемся и садимся на границе странной рощи с черными листьями. При приземлении с моего красногого крыла падает перо. Оно падает на землю и тут же начинает шевелиться, обрастает паучьими лапами и спотыкаясь, убегает, цепляясь за камни.
Лакомка провожает взглядом убежавшее перо.
— Материализация, — поясняю. — Любая органика здесь становится одержима.
Из кустов вываливается страус и засмеявшись как гиена уносится прочь.
— Ну охренеть, — хмыкаю. — Даже страусы здесь одержимы.
— А что это за роща? — альва с любопытством оглядывает черные листья.
— Тоже одержимая, — пожимаю плечами. — Пойдем заценим.
Мы идём через лес. Корни тянутся к ногам, будто хотят задержать, оплести, да не решаясь в последний момент — ну это я демонские рога отрастил, чтоб всякая мелочь не борзела.
Через пару десятков шагов лес редеет, и открывается поляна. Посреди — аккуратный костерок, пыхтит, как старый чайник. А у огня на полене сидит лесник в зеленой ливрее. На вид — мужик как мужик. Плащ, топор, меч в ножнах.
— Здравствуйте, добрые люди! — машет он нам рукой, будто туристов в глуши встретил.
— Привет, Демон, — говорю, не замедляя шага.
Он поднимает глаза. Радужка переливается зелёными прожилками.
— Я не Демон, — отвечает спокойно.
— Ты — высшая астральная тварь. Кто же тогда?
Он усмехается, показав акульи клыки
— Я никогда не штурмовал Демонскую Стену. А значит, не Демон. Я — мирный.
— Ага, а что ты тогда забыл на бывшей земле херувимов? — хмыкаю.
— Живу я тут, — пожимает он плечами. — Да и никто не отбирал эту землю у крылатых. Херувимы сами вызвали Прорыв.
— Да ну? — что-то новенькое.
— Очень давно. Тогда Гора пришёл — и начал осваивать этот мир.
Я прищуриваюсь.
— Демон Гора?
— Бог Гора, — поправляет меня лесник и перекрещивается. — Лучше его поменьше упоминать. Ну так вот, — кивает, будто рассказывает сказку у костра. — Херувимы настолько предавались разврату и прочим грехам, что вызвали Прорыв Астрала. Затем крылатые кретины так спешно драпали отсюда, что забыли двенадцать мечей. Один из них — вот.
Он берет с земли меч и извлекает клинок из ножен. Показывается ровный зеленый металл.
— Красивый, — одобряю и принюхавшись, бросаю взгляд на синие цветы на поляне. — А что за пыльцу мы вдохнули?