— Фабрик и заводов для этого мало, — улыбаюсь. — Но ты мне точно помогла, Маш. Еще раз спасибо!
— На здоровье, — доносится довольный голос княжны. Любит она, когда ее благодарят, ох, любит.
Еще поболтав немного с Машей, кладу трубку и задумчиво чешу переносицу. Вот так сюрприз упал с неба! Когда я вчера позвонил Борзову насчет Паскевича, то и представить себе не мог, что дело примет столь приятный оборот. Мажора отправили тянуть солдатскую лямку на Амур, а мне, в качестве извинения, передадут кирпичный завод. Не иначе, как информация дошла до самого Морозова. И, конечно же, с подачи Маши.
Но бог с ним, с заводом. Его еще неделю точно будут переоформлять на мое имя. А вот фабрики теперь мои официально. И в ближайшие дни мне нужно съездить в Москву и предстать перед Советом директоров моей текстильной империи под названием «Валентино». Так положено, люди должны знать своего господина.
Степан уже почти собрал мне гвардию из ветеранов. Базируется она пока в филиале царских охотников, но нужно покупать отдельную территорию под ее штаб-квартиру. Тоже гемор. Надеюсь, здесь также меня выручит отчим. Надо ему, кстати, выплатить денежную благодарность. К счастью, первый транш с дивидендов уже пришел на мой счет.
— Даня, Лена скоро приедет, — с лестницы сбегает златокудрое чудо по имени Лакомка. К счастью, одетое…в короткий розовый топик и джинсы. Оу-у-у, держите меня семеро. — Мы хотели по магазинчикам сходить.
Понравилось альве шопиться, очень понравилось, прямо так и ищет теперь повод. И нет, она не сидит у меня на шее. Лакомке также зашла и охота на зверей. Она частенько выходит на рейды вместе с царскими охотниками и в облике ирабиса рвет на куски бигусов и прочих животин. Это увлечение полностью окупает расходы красотки.
— Эй, когда ты успела! — только сейчас замечаю, что пышногрудая блондинка сидит на моих коленях и улыбается. Эта девушка, несмотря на выдающиеся формы, поразительно бесшумная и невесомая. Подозреваю, она даже способна ходить по воде. Ну или, как минимум, по снегу уж точно, лишь оставляя небольшие отпечатки.
— Тогда же, когда Даня задумался и перестал замечать меня, — надувает губки альва и ласково гладит мою руку. Очень трепетно и нежно. В душе и теле сразу же разливается приятное тепло. Еще одна особенность альвы — ее касания по-настоящему волшебные. Легкими поглаживаниями она способна возвращать человеку бодрость и тонус.
— О чем ты?
— В последние дни ты в разъездах, — замечает она.
— Думаю, тебе некогда было скучать, — усмехаюсь. — Степан, сказал, что ты знатно поохотилась в эти дни. Всех зверей словила по округе.