Следующим делом связываюсь через артефакт с Гумалином.
— Ну что, Хмельной? Как вы там с женой, прибыли в Невинск?
Голос у казида довольный, даже самодовольный.
— Да, шеф, мы с жёнушкой тут нормально устроились. По горам, конечно, скучаем, но мидасий того стоит. Сейчас его оцениваю.
Я приподнимаю бровь.
— Всё ещё оцениваешь?
Гумалин фыркает, как будто я не понимаю всей глубины момента.
— Шеф, понимаешь, это же работа тысячелетия! Тут куча анализов надо провести, чтобы разобраться, с чем имею дело. Оценить тугоплавкость, температуру плавления, гибкость, ломкость… В общем, всё изучить. Накосячить с таким драгоценным материалом — это я себе потом не прощу. Сразу самоубьюсь же!
Я усмехаюсь.
— Да понял я, понял. Соблюдай, конечно, все предосторожности. Ты своей благоверной живой нужен.
Вообще хорошо, что казид так загорелся мидасием. А то я уже начал опасаться, что его из гор никак не вытянешь. Он всё-таки могущественный руномастер, а не простой шахтер.
В палатку заглядывает Айра, её голос звучит осторожно:
— Конунг, ты тут один?
Я усмехаюсь.
— Один, не бойся, не помешаешь.
Она слегка краснеет — видимо, уже представила, чем могла бы «помешать», будь здесь мои жёны.
— Разведка докладывает: звери приближаются.
Я киваю с улыбкой.
— Тогда идём на северо-восток деревни. Там ведь наши позиции.
— Да, — кивает Айра. — До тех пор, пока не позовет Зодр.
А он обязательно позовёт, и мы не сможем проигнорировать генеральский сигнал. И вот тогда начнётся самое веселье.
— Как же скучно! — бросает Светка по мыслеречи. — Даня, ну когда уже этот Зодр позовет нас в ловушку?
— Думаю, еще четверть часа ждать, не больше, — прикидываю я, пси-волной расшвыривая подобравшуюся пятерку гренди. — Генерал явно ждет большой наплыв.
— Блин, вот же он тупой ждун.
Мы с группой Айры держим линию без особых проблем. Наплыв слабый, звери лезут хаотично, не единой стаей, будто просто заполняют пространство. Виды разные — мохнатые, лысые, с рогами, когтями, одноглазые, с множеством глаз. Каких только зверюшек здесь нет.
Я краем глаза замечаю, как Айра ловко уходит от удара, перехватывает инициативу и бьёт встречным рывком, её копья Тьмы рассекают воздух. Как Настя носится рыжей волчицей, мгновенно сменяя форму, полосуя врагов в прыжке. Как Змейка молниеносно срывается с ветки, впиваясь когтями в спину особо крупной твари, кружась вокруг неё.
Мохнатыч трубит из своего хобота, сбивая сразу троих бигусов, отправляя их в беспомощный полёт. Земля содрогается от каждого шага мамонта-ушкоширя.
И тут в небе вспыхивают красные огни.