Моя зомбированная группа альвов немедленно приступает к работе. Всё делается чётко и без эмоций: саркофаги аккуратно вскрывают, детей осторожно вынимают, кладут на носилки чилийцев и выносят наружу. Снаружи детей принимают Целители принцессы Чилики. Они немедленно приступают к лечению и подготовке маленьких альвов к транспортировке, работая быстро и слаженно.
Остальных альвов я решаю пока оставить в хранилище. Здесь достаточно тепло, а вывезти всех сразу физически невозможно.
К этому моменту к Обители прибывают тавры со Змейкой на больших гусеничных вездеходах. Машины медленно прокладывают себе путь через снег.
Я быстро распределяю задачи:
— Первые автобусы загружаем детьми. Альвы-зомби остаются здесь для охраны. Если монахи попытаются атаковать, держите оборону.
Пока идёт работа, чувствую на себе взгляд Бера. Он стоит неподалёку, но его внимание приковано к Зеле. Она продолжает копать, будто не замечает происходящего вокруг.
— Почему ты держишь их под зомбированием? — наконец спрашивает кузен Бер, обращаясь ко мне. — Почему не приводишь их в чувства?
Я отвожу взгляд от транспорта и спокойно отвечаю:
— Это слишком затратно. А силы могут понадобиться в любой момент.
Бер хмурится, но не сдаётся:
— А хотя бы Зелирэйн? Можешь привести её в себя?
Я качаю головой и пристально смотрю на него:
— Нет, Бер. Я не буду этого делать сейчас.
На этот раз он молча отводит взгляд, но я вижу, что это решение его не устраивает. Однако объяснять больше не собираюсь. Есть вещи важнее, чем его обида.
Сам я решаю сопровождать первую партию альвов лично. Принцесса Чилика, не раздумывая, заявляет, что поедет с нами. Тавры, вооружённые до зубов, вместе со Змейкой занимают свои места в машинах, выдвигаясь впереди колонны для защиты. Мы начинаем движение в сторону Восточной Обители.
Я нахожусь в одном из автобусов, в компании Чилики и Красивой. За рулём — тавр. Да, некоторые из рогачей уже освоили управление техникой.
Обстановка в автобусе напряжённая, но остаётся организованной. Портал, к сожалению, в руинах так и не удалось обнаружить, поэтому весь расчёт только на транспорт. Каждый километр пути ощущается как вызов, но у нас нет другого выбора.
Чилика сидит рядом, её лицо излучает восхищение:
— Граф, простите мое восхищение, но я должна сказать. Вы нанесли сокрушительный удар по гомункулам в рясах! Скоро Антарктика снова вернется людям!
Я не отрицаю.
— Безусловно, Ваше Высочество. Но монахи ещё не сломлены. Нам придётся с ними разбираться позже. И еще раз позвольте сказать — спасибо за помощь, Ваше Высочество.