— Анастасии Павловны нет дома, господин Шморц, — разводит руками слуга.
— Говори быстро: где моя невеста⁈ — требовательно наезжает немец.
— Невеста? — приподнимаю я бровь, и Шморц тут же стремительно разворачивается ко мне. — Это вы так содержательно именуете Анастасию Павловну?
— А вы кто такой⁈ — вскидывается немец, делая резкий шаг ко мне. — И по какому поводу в доме баронессы⁈
— По своему поводу, — тактично отсекаю я вопрос, ну и проявляю компенсирующую вежливость: — Вы тоже можете не утруждать себя ответами. Просто вы так громко разорались, что интерес сам собой возник.
— Разорался⁈ — вскидывает брови Шморц. — Да как ты смеешь, щенок⁈ Ты пришел к моей невесте? Признавайся! Я тебя прихлопну прямо здесь!
Его кулаки вдруг покрываются блестящей многогранной поверхностью. Это точно не лёд. Неужели алмаз? Кристалл? Ха, необычный Дар.
Но самое интересное — атаку колбасник наносит не руками, а ментальным щупом. Он еще и телепат! Причем, ментальные волны отражаются от его кристаллов и утолщаются. Забавная фокусировка.
Но усиление не помогает немчуре. Мои щиты всё равно выдерживают столкновение с щупами, и они разлетаются в пух и прах.
— Уже прихлопнул? — спрашиваю я, одновременно «включая» Дубного.
— Хорошие щиты, русский! — с невольным уважением рокочет Шморц. — Значит, придется замарать руки!
Алмазный кулак летит прямо мне в лицо, но резко останавливается на полпути, перехваченный моей каменной перчаткой. Я моментально заковываюсь в гранитный панцирь, нависнув огромной скалой над побледневшим немцем.
— Руку ты точно замараешь, колбасник, — обещаю громогласным басом. — Своей кровью.
С силой сжимаю кулак немчуры, сухой треск алмаза разносится по холлу. Шморц взвывает, его лицо тоже покрывается кристальными гранями. Наверняка, это выработанный рефлекс на случай угрозы жизни — чуть что сразу прятаться в кристалл. Но поможет ли он ему? Посмотрим.
Шморц размахивается второй алмазной рукой, но я просто создаю на пути удара каменный щит. Бам! И пришибленный немец снова воет в моих тисках. Сильнее сжимаю пойманную словно в клещи руку, и колбасник с громким стуком падает на одно колено, разбив плитку пола.
Его глаза вспыхивают бешенством, и я понимаю — игрушки кончились, сейчас ударит по-настоящему и, скорее всего, телепатией. А он точно неслабый телепат, а алмазное покрытие всего тела должно усилить удар.
Но в этот момент нашу беседу прерывают.
— Что происходит в моем доме⁈ Я требую объяснений! — вдруг разносится яростный крик хозяйки.
Бульк
Я отшвыриваю прочь от себя потрескавшуюся алмазную руку, и Шморц едва не падает лицом в пол. Колбасник и так на одном колене стоит, а сейчас приходится вообще на четвереньки встать. Но ненадолго — тут же вскакивает, шипя от боли и баюкая поврежденное запястье.