Между тем дракониха резко выпрыгивает из гнезда. Острые когти царапают мрамор, мощные мышцы перекатываются под чешуйчатой шкурой, словно каменные валуны. И сложно не упомянуть широкую, полную кинжалов-клыков пасть.
— Отойди, посланник Птицы! — голосят высыпавшиеся в двери ящеролюди. — Мы отдадим жизни, но положим это чудовище!
— Положите⁈ — я яростно оборачиваюсь на крокодиломордым, и они испуганно вжимают головы в плечи. — Вы охренели! Как я тогда буду разводить стаю драконов! Не смейте ее трогать!
— Но…
— Цыц, — и ящеролюди затыкаются.
Я смело шагаю навстречу готовой накинуться драконихе. Интересно, что самка в полтора раза больше Зубастика. Прямо как у богомолов. Главное, чтобы у драконов брачный обряд проходил не так же, а то ведь и у Зубастика папы не было.
— Ррррррр! — новый бешеный рык вырывается из горла зверя.
Ну, Зубастик, подружку я тебе приручу, а уж уживаться с ней сам как-нибудь будешь.
Грабь награбленное
Взмахнув крыльями, дракониха яростно набрасывается на меня, словно ожившая осадная башня. Мускулистая шея резко нагибаются, огромные челюсти захватывают мою голову и половину туловища заодно, а затем с металлическим лязгом захлопываются. В ту же секунду навеянная мной иллюзия развеивается, пойманная добыча исчезает, и дракониха недоуменно чавкает пустым ртом. Настоящий я же стою в сторонке, задумчиво подперев рукой подбородок.
— Ты, конечно, красавица, но умом не блещешь, — замечаю, как дракониха водит когтистой лапой по воздуху, ища исчезнувшего вкусного человека. — Впрочем, главное, чтобы была хозяйственная, и Зубастик сразу влюбится.
Я накрыл себя и ящеролюдей иллюзией пустоты, а чтобы дракониха не скучала, окружаю ее своими двойниками-миражами. Вот сейчас она бросается на нового Данилу, желая отведать человечка, и тот снова развеивается под схлопнувшимися зубами. Так хвостатая и продолжает остервенело носиться от миража к миражу, ничего не понимая, а я тем временем устанавливаю в ее голове все необходимые ментальные закладки. На это требуется время, а чтобы его получить, есть два способа: вырубить дракониху либо же занять ее играми.
Между тем, сгрудившиеся в углу рептилоиды ничего не понимают. Моих миражей они не видят, об иллюзии пустоты не знают, да и некогда их просвещать.
— Посланник Птицы, — ошарашенно гудят ящеролюди, вскинув перед собой мечи. — Почему она не нападает на нас?
— Вы очень маленькие, — с ухмылкой поясняю. — Может, она вас не видит. Вы кричите громче да машите своими зубочистками, тогда заметит.
— Братья! — вскинув меч, Рюса Зеленый Коготь оборачивается на соплеменников. — Посланник Птицы просит нашей помощи! Так отвлечем же на себя зверя! За Птицу!