— Норт, а во мне магии все так же не ощущается?
Дастел, медленно подошел, присел передо мной, взяв мои ладони в свои руки, и тихо ответил:
— Нет, прости.
— Тебе не за что извиняться, — ответила я, бросив взгляд на камень, который уносила с собой, помчавшись за парнями, и который теперь лежал рядом.
И он переливался практически всеми цветами радуги, не ярко, скорее тускло и едва заметно, но я видела. Я без очков это видела.
— Ни капли нет? — уточнила у Норта.
— Нет, — с диким сожалением ответил он.
Улыбнулась, показывая, что все в порядке, и пытаясь понять — что же это за аномалия такая… потому что камень продолжал сиять, ничуть не убавляя сияния.
До утра Норт остался со мной, не в спальне, а в гостиной на диване, и все же со мной. Совершенно напрасно, кстати, но все равно было очень приятно. Просто после вопроса Дана мне и самой показалось, что это ощущение чужого присутствия было лишь моим собственным страхом, но Эдвин и Норт отнеслись к этому совершенно иначе, и на следующую ночь в моей гостиной ночевал уже Эдвин.
Перед самым сном зашла к нему, посмотреть как устроился. Эдвин лежал на диване, читая учебник по боевой некромантии, и едва я вошла, произнес:
— Наконец-то могу нормально на тебя реагировать.
— А раньше не мог? — я вошла, устроилась на диване напротив.
— Практически нет, — Эдвин взглянул на меня уже полностью черными глазами — они все превращались в некромантов, но если честно мне не хватало к примеру его сурового синего взгляда.
Теперь был просто страшный и черный.
Я забралась с ногами на диван, обняв ладонями кружку с теплым молоком, и спросила то, что уже очень давно боялась спросить:
— Ты напал на Ташши?
Харн демонстративно закрыл книгу, отбросил ее на столик, сел и устало глядя на меня, произнес:
— Ты ожидала чего-то иного?
— Да, — совершенно искренне ответила ему.
Странно усмехнувшись, Эдвин хотел что-то сказать, но стиснул губы. Посидел, несколько секунд глядя на меня, а затем все же выговорил:
— У нас была договоренность, Риа. Мы практически отдали ему победу, к которой шли столько лет, в обмен на то, что ты не окажешься на арене с Ульгером Шерарном. Он эту договоренность нарушил. Были ли у меня причины негодовать? Еще какие. Сокровище мое, у тебя еще есть вопросы?
Вопросы были.
Сделав еще один маленький глоток молока, тихо заметила:
— Ташши сделал то, чего не смогли вы все — он мне поверил.
Эдвин хрипло выдохнул какое-то ругательство, а затем очень жестко произнес:
— Ты правильно сказала — мы все не смогли. Мы не смогли рискнуть тобой, Риа. Не смогли. И это нормально, никто из нас не смог рискнуть тем, что стало безумно дорого. А ты стала. Еще вопросы?