— Вперед, — издевательски подбодрил Ыгырх.
Я сжала пальцы Норта и тихо сказала:
— Эмпаты не смогли взять под контроль послушных.
— Это я уже понял, — глухо ответил некромант. — Еще бы понять, как… управлять этими.
Его тревогу и нервозность ощутили все, даже люди в каменных карманах занервничали, поднялись те, кто сидел, начали метаться, явно что-то крича, но их голоса не доносились до нас. И Норт сжал кулаки, пристально глядя на послушных и пытаясь взять под контроль эмоции, и их, и свои. Свои в первую очередь.
Я даже не заметила, как подошла ближе, как обняла ладонями его судорожно сжатый кулак, прижавшись к напряженному, словно ставшим каменному некроманту. А вот слова уже были осознанными.
— Насколько я поняла, темные целители, их сила это что-то другое, отличное от той магии влияния, которая у тебя была в крови, отличная от той эш нуба рэйш, что случайно передала тебе я, когда ты поцеловал после активации моей магии крови. Это что-то связанное с лечением.
Норт плавным движением обнял, отшагнул так, чтобы я оказалась перед ним, прижал к себе, наклонился и выдохнул у самого виска:
— В каком смысле «связанное с лечением»?
Он не спрашивал откуда я знаю о темных целителях, не отругал за несвязное объяснение, которое я попыталась дать, он задал конкретный вопрос, для того чтобы решить конкретную проблему. И в этом был весь Норт — собранный, целеустремленный, умеющий слушать и слышать. Запрокинув голову, взглянула в его темные с фиолетовым отсветом глаза, улыбнулась и тихо ответила:
— В прямом. — И набрав побольше воздуха, которого почему-то вдруг перестало хватать под внимательным взглядом Дастела, попыталась объяснить конкретнее: — Лорд Тьер убежден, что у тебя получится. По его словам ты, как инициированный целитель даже на начальной стадии формирования дара темного целителя способен управлять одновременно несколькими десятками тысяч человек. Так же лорд Тьер считает, что отступники управляют этими людьми создав что-то вроде психической болезни, то есть по идее они как бы больны… излишней склонностью к самоубийству.
Говорить почему-то становилось все сложнее, и тепло объятий Норта ощущалось все отчетливее, и я себя как-то странно чувствовала, испуганная эти, нервно спросила:
— Что у меня с глазами?
Заподозрить влияние крови Кошки было бы самым логичным.
Но Дастел так же тихо ответил:
— Они идеальны, — улыбнулся и добавил, — твои каре-зеленые глазки.
И перевел внимательный взгляд на людей.
— Значит больны, — скорее утверждая, чем спрашивая, произнес он.
Постоял, поочередно рассматривая каждого из успокоившихся мужчин, и сообщил: