Бахматов лишь нахмурился ненадолго и пошагал со мной вперед. Молча сгрузил на скамеечку и отошел к киоску с сахарной ватой. Пока я приходила в себя после крутых горок и внезапного разговора, поняла, что последний дался даже тяжелее, чем аттракцион. А еще подумала, что неплохо бы сменить шампунь и духи.
Бахматов – далеко не дурак, а его одурманенное предательством Инги и алкоголем состояние вкупе с полумраком отельного номера – далеко не гаранты сохранения моего инкогнито. Память – штука такая, порой бывает достаточно самой мелкой и малозначительной детали, чтобы сознание подбросило картину целиком. Так что, если я не хочу, чтобы Егор узнал во мне свою случайную любовницу, нужно хорошо следить за собой и не допускать впредь проколов.
Идеально, конечно, было бы бросить практику и окончательно прервать любые контакты, но проблем с универом не хотелось. Да и продержаться каких-то две недели – не такая уж непосильная задача. Тем более что я, как бабочка, летящая на огонек, стремилась быть ближе к своей любви и с мазохистским упоением наслаждалась нашим общением. Знала, что окончательно сдурела, но поделать ничего с собой не могла.
– Сладость от влюбленного мужчины, – надо мной нависла тень, вырывая из раздумий, и рука Егора протянула огромный воздушный сахарный шар на палочке.
Я немного подвисла, любуясь крепким запястьем с выпуклыми ручейками вен, торчащим из закатанного рукава рубашки, и, опомнившись, приняла угощение.
– Спасибо, – широко улыбнулась. Такой Бахматов ввергал меня в пучину восторга, и я наивно мечтала, чтобы он всегда оставался таким. Беззаботным, веселым и всецело сосредоточенным на мне. Я знала, что подобные заблуждения могут быть слишком опасными, но правда, моему ли безнадежно влюбленному сердечку было о том страдать?
– Голодная? Тут есть ресторанчики, – босс уселся рядом со мной на скамейке и вытянул длинные крепкие ноги. Я снова невольно залюбовалась.
– Боюсь, после того аттракциона, в меня еще не скоро еда полезет.
– Тогда выбирай, чем займемся, – не стал настаивать Егор. – Новые горки? – хитро прищурился.
– Нет! – выпалила с ужасом, подпрыгнув на скамейке. К очередному экстриму я готова точно не была.
– Что ж, тогда идем в тир, – легко согласился Бахматов. – Выиграю для своей девушки приз, – на этих шутливых словах меня размазало от восторга. Губы сами собой расплылись в блаженной улыбке, и даже пришлось напоминать себе, что все происходящее – не более чем ребячество. Развлечение пресытившегося миллиардера.
Егор не обманул. Действительно выбил сорок мишеней из сорока возможных и торжественно вручил мне огромного плюшевого кролика.