– Если б не твой перелом, ты мог бы поиграть еще лет пять, а то и больше.
– Да… И о деньгах беспокоиться не приходилось бы. Получал бы свои пятнадцать тысяч в год.
Я, не обращая больше внимания на своего бывшего тренера, отвернулся, чтобы уложить чемоданы. В холле болталось несколько спортивных корреспондентов. Они попытались утешить меня тем, что в следующем сезоне я снова буду в форме.
Я заверил, что так оно, скорее всего, и будет, и постарался от них отделаться.
Придя в номер, я принял душ и стал внимательно рассматривать ногу. Кость срослась хорошо, я даже не хромал. Нога как нога, только небольшие шрамы. Если бы я не был спортсменом, я бы просто не знал, как отблагодарить врача, остался бы у него в долгу по гроб жизни. Если б не спорт, я бы забыл о травме вообще! Но для спортсмена такая нога ни к черту не годилась, и врач тут совсем ни при чем.
Какой-то пьяница лихач, обгоняя мою машину, зацепил ее и сбросил в канаву. Так что мой «бьюик» оказался у меня на коленях. Вот же прохвост! Свинья и то благороднее!.. Подонок!.. Но теперь-то какой смысл ругаться. Ему это обошлось дороже: погиб в катастрофе.
Я покинул отель до приезда команды, сел в подошедший автобус и поехал в аэропорт. Там отыскал удобное местечко, где меня никто не беспокоил бы, и принялся ждать самолета, который перекинул бы меня куда-нибудь на восток. Куда – в данной ситуации для меня не имело ровным счетом никакого значения. Судьбе было угодно, чтобы я оказался в Галвестоне, и, очутившись там, я сразу и основательно запил. Не просыхал более недели, а когда наконец пришел в себя, то обнаружил себя в каком-то отеле – неподалеку от шоссе 90 – в компании девицы по имени Фрэнсис. У этой красотки была потрясающая фигура. Я так никогда и не узнал, каким образом мы очутились вместе и как я вообще попал в этот отель… Разве кто-нибудь нарочно привез меня туда – но это сомнительно. Фрэнсис футбол совершенно не интересовал, зато как она пила! Наверное, боялась, что наступит конец света, если она протрезвеет.
Утром на третий день я поднялся, пока она еще спала, и решил наведаться в город. Я пока еще не знал, чем заняться, но понял, что от выпивки нет никакого толка. Поэтому первое, что я решил сделать, – отправиться на пляж, где и купался до одурения, а потом жарился на солнце до тех пор, пока последняя капля алкоголя не улетучилась из моего организма. Приблизительно таким манером я прожил четыре дня, а потом меня нашел Пурвис.
Он перехватил меня в холле отеля, когда я возвращался с пляжа.
– Джон Харлан? – спросил он.