Турки в ответ на неслыханное оскорбление своих самых интимных чувствей, исходя праведным негодованием, очень сильно возмутились. Потом ещё раз просто сильно возмутились. Потом, видя, что этого никто не заметил, плюнули на проклятых и ненавистных кяфиров и умотали в Анкару, сделав её новой столицей в надежде, что им это зачтётся при подсчёте контрибуций и репараций. Французы, правда, тоже пытались недовольно крутить своими галльскими шнобелями, но им напомнили, что первыми в истории этот собор разграбили как раз их благородные и очень христолюбивые предки в каком-то из крестовых походов.
А вот потом рвануло, так рвануло! Со слов Келлера сказать, что Вильсон, Клемансо, и Ллойд Джордж охренели — значит ничего не сказать. Поймав нужный момент, премьер-министр Трепов от имени Российской империи заявил о поддержке идеи Президента САСШ о праве наций на самоопределение, посему вышеупомянутая Империя одобряет и разрешает проведение плебисцита в Царстве Польском на предмет величины их хотелок независимости. Сенсация была хоть куда! Улыбались всеми тридцатью двумя зубами и аплодировали всеми четырьмя лапами. Пока лягушатники не сообразили, что это может послужить плохим примером для всех буйных головушек в Алжире, Тунисе и Марокко. Британцы аналогично задумались про Индию, Южную Африку и обе Родезии. А скорее всего, в первую очередь про Ирландию вспомнили. Но обратного хода уже не было.
А на протяжении полугода до этого нам, в смысле — Павлову, Келлеру и мне, стоило в прямом смысле этого слова титанических усилий убедить в необходимости таких телодвижений ВэКаэМа…
Глава 3.
В тот день меня от занятий в академии отмазал Потапов, мотивируя перед нашей «классной дамой», то бишь, курсовым офицером необходимостью консультации по некоторым вопросам применения Нарочанского батальона в недавних операциях. На самом же деле через генерала было передано распоряжение Регента своему офицеру для особых поручений посетить Аничков дворец для очень серьёзного разговора. Явился минута в минуту, как и положено образцово-показательному подполковнику, только и успел поздороваться с прибывшим из Института Келлером, как нас позвали к Великому князю Михаилу, и тут такое началось!..
— Господа, то, что вы предлагаете — абсолютно неприемлемо! Страна-победитель расписывается в собственной слабости и неспособности навести порядок на принадлежащей ей по праву территории! — ВэКаэМ, негодующе сверкая глазами, сотрясает воздух в кабинете. — Я уже не говорю о том, сколько природных богатств, промышленных предприятий, да и просто налогов казна теряет с признанием Польши независимой!