— Главный вопрос встречи не в Уокере и наследниках Кристины, а в том, сколько новой власти получит Найтгард. — Алиса нахмурилась, заметив мою усмешку. — Все, что сделает оставшихся в живых акционеров богаче, примут единогласно. Твой единственный голос против только подозрения вызовет. А вот спасение Эйпа или вручение акций Итону или Райперу — тут уже проявится оппозиция. В такие моменты можешь и психануть, я бы так сделала.
— О, да! С этим не переживай, психану так, что мало не покажется.
— Соберись! — Алиса, похоже, приняла мою иронию за признак волнения и попыталась меня подбодрить. — Все хорошо пройдет! А после собрания мы ударим на Авроре. Кланы наконец собрались — пойдем давить Орду, так что Уокеру не до корабля будет. Ты, главное, успей.
От общения с Алисой я устал. И физически, и морально уходили силы на поддержание этого вынужденного перемирия. Ни доверять, ни расслабляться нельзя — я это понимал и помнил, что вскоре мы снова станем врагами.
Чтобы хоть как-то переключиться, стал придумывать мелкие пакости, которые мог оставить Алисе на прощание. От колючек в постели до татуировки на память. Может, успею еще заказать доставку машинки и чернил на дом, чтобы перед последним погружением в капсулу в ее теле накорябать что-нибудь матерное на лбу.
В итоге развеселился, хотя нервозность в преддверии встречи и отвращение к акционерам осели мутным осадком где-то на уровне подсознания. Я волновался, как перед важным экзаменом, с поправкой на то, что незачет будет смертельным.
Эфир расслабиться не помог. Стандартное медитативное избиение мобов с набором опыта продолжалось недолго. Мне на пути попалось очередное поселение туземцев, а потом еще одно и еще. Чем ближе к Ханагге, тем ужаснее все выглядело. Болезнь, запустение, скорбные лица со смесью надежды на Слезу и презрения к изгою.
Все было плохо не только у Миракини. Через несколько часов пути начались земли племени Коати, где первые два поселения просто оказались пустыми, лишь черные сорняки будущих кристаллов расползались по некогда уютным хижинам. Я миновал их и пошел дальше, к следующим деревням. Пытался помочь, а если не пускали на территорию, оставлял на земле склянки с лекарством.
Но искалеченных, покрытых прионовой коркой лиц было слишком много. Я понимал, что такими темпами помочь всем не смогу, даже если буду разбавлять эликсиры.
Настроение испортилось окончательно, и я вышел из игры. В реале закинулся обезболивающим, запил все водкой и завалился спать, хотя уже рассвело.
Проспал часов двенадцать — спокойно, без сновидений. Открыв глаза, обнаружил, что за окном уже вновь стемнело. Чувствовал себя немного потерянным, зато отдохнувшим. Вставать не хотелось. Но пришла Ника, сказав: «Пора», и предложила помощь в сборах.