Я поверил сразу.
Даже не из-за того, что Уокер рисковал, передавая мне предупреждение, а потому что картинка с образом Найтгарда сложилась в уме, как пазл.
И если сначала я думал, что слет акционеров — это тупая идея, которая разве что Уокеру поможет всех найти в одном месте, то теперь все предстало передо мной в ином свете.
Ничего личного, только бизнес — этот постулат у них неизменен. А значит, ничто не мешает Найтгарду воспользоваться ситуацией и чужими руками убрать всех остальных партнеров. Получается, Танаку слили, чтобы выманить остальных акционеров. И с собрания, скорее всего, живым никто, кроме Найтгарда, не уйдет.
Я запоздало оглянулся по сторонам, ища, куда бы сбежать, запихнул листовку в карман и сжал рукоять револьвера. Стало чуть спокойней, но проблему побега это не решало.
Придумать я ничего не успел. Двери клуба распахнулись, и навстречу вышел Итон. Одет в смокинг, пиджак расстегнут, под мышкой кобура с пистолетом, а на белой рубашке — маленькое красное пятнышко. Прямо киллер на корпоративе.
— Аннелиса, мы тебя уже заждались.
Сколько же было радости в его голосе, улыбке и разведенных мне навстречу руках! На его месте я бы так радовался только от предвкушения скорейшей расправы.
— Прекрасно. — Я состроил максимально кислую мину и, вильнув под рукой Итона, прошел внутрь клуба. — Я буду кофе. Сделай мне пока лавандовый раф, я сейчас приду. Надо носик припудрить.
— Мозги себе припудри, сука.
Итон не особо старался, чтобы я его не услышал. В ответ на это я, не оборачиваясь, показал средний палец над плечом и скрылся за дверью туалета.
Как только она закрылась, сполз по ней на пол и выдохнул. Конечно, есть шанс, что я все выдумал, что на рубашке кетчуп, а Итон действительно рад меня видеть. И сейчас в дружеской атмосфере мы, шутя и подкалывая друг друга, посовещаемся и проголосуем.
Но куда более вероятно — пуля в затылок в лифте. Или, может, акционеров пустят в переговорную, чтобы услышать прощальное слово Найтгарда, ради пафоса.
Я достал литовку и перечитал еще раз, только уже внимательнее, но ни подсказок, как выбраться, ни тайных схем проходов там не было. Зона туалетов большая, здесь совмещены мужские и женские. Плюс место уборщика, заваленное чистыми полотенцами, но сейчас пустующее, и двери в подсобку. И, как назло, ни одного окна.
Я метнулся к подсобкам. В первой оказалась кладовка с бумажными упаковками, швабрами и разноцветными бутылками с бытовой химией. Во второй — стеллажи со всякой мелочевкой: лампочки, трубы, вентили и инструменты. Но главное, под потолком шел металлический короб вентиляции, труба с прямоугольным сечением.