— Что в обжитых районах приведет к многочисленным жертвам среди мирного населения, — осознал проблему я.
— Верно. И хотя с монстрами в нашем мире намного проще справиться, чем в подземелье, всё равно приходится использовать армию и без потерь среди мирного населения редко удаётся такую волну сдержать. Ну и солдаты гибнут такая уж у них работа.
В этот момент нас опять прервали. На этот раз в мою палату ворвались солдаты. Одеты они были в черную военную форму с красными повязками на руках и в фуражках, с бляхой в виде двуглавого орла.
— Ваша светлость, Князь Илья Борисович Годунов? — уставившись в меня жестким взглядом, спросил молодой прапорщик. У него за спиной замер по стойке смирно капрал, остальные солдаты несмело заглядывали из коридора, но войти в палату постеснялись.
Молодой прапорщик был слегка на взводе и явно волновался, но вид имел решительный и, как мне показалось, немного обречённый. Словно солдат, уже выбежавший из окопа и бросившийся в самоубийственную атаку на пулемётную точку противника.
— Допустим, — чуть нахмурившись, сказал я, с удивлением наблюдая, как от моего голоса побледнела и поежилась от страха Мария. Док отшатнулся в сторону, а капрал начал обильно потеть. Прапорщик же на это лишь как-то обреченно улыбнулся и выпалил.
— Прапорщик Семенов, к Вашим услугам. Ваша светлость, Вы должны пройти со мной! — после его слов в палате явственно похолодало. Капрала уже била нервная дрожь, а Мария, спрятав лицо в ладонях, тихо заплакала. Но тут в руки себя взял док и, смело выступив вперед, истерично закричал.
— Я не позволю! Это произвол! Он мой пациент и всё ещё нуждается в реабилитации!
— У меня приказ! — отчеканил в свою очередь прапорщик. Он тоже прекрасно понимал всю дикость этой ситуации, но ничего поделать не мог. Приказ есть приказ и его нужно исполнять.
— Мне можно переодеться или меня прямо в пижаме потащите? — спросил я бравого военного с глазами смертника.
— Конечно, Ваше сиятельство, я буду ждать Вас за дверью! — выкрикнул он и, лихо развернувшись на каблуках, вышел из палаты, прихватив с собой трясущегося капрала.
— Бедный парень, по-моему, он думает, что я его казню, — усмехнувшись, сказал я, когда мы остались одни. Мария громко всхлипнула и разревелась.
— Вы имеете на это полное право. Если, конечно, сможете вернуться из подземелья, — грустно улыбаясь, сказал Доктор, который, кстати, так и не представился.
— Ну что вы. Я, что, зверь что ли? — отмахнулся я шутливо, только вот не увидел улыбки на лице доктора.
— Или, всё-таки, зверь? — неуверенно уточнил я.